идет загрузка...
ENG
Поиск по сайту
Публикации

Военно-морские силы Ирана: история и современность

фото: rasanah-iiis.org
11 июля 2022

Военно-морские силы Ирана имеют очень давнюю историю. Достаточно вспомнить империю Ахеменидов, чьи земли простирались в VI-IV веках до н.э. от реки Инд на востоке до Эгейского моря на Западе, от первого порога Нила на юге и до Закавказья на Севере. Царь Дарий завоевал большую часть Греции и контролировал восточную часть Средиземного моря. Его преемник – Ксеркс – не только обладал самым многочисленным и самым сильным флотом, но и построил через Геллеспонт, как тогда назывался пролив Дарданеллы, для переправы своей огромной армии из Малой Азии на Балканы, два понтонных моста. Они состояли в общей сложности из 674 военных кораблей, через которые были проложены «проезжие части». Как удалось создать такие сооружения в узкой части пролива с сильными течениями, водоворотами и значительными глубинами, современные инженеры до сих пор не могут разобраться.

Да, флот Ксеркса потерпел поражение в Саламинском сражении, когда греческому стратегу Фемистоклу хитростью удалось заманить персидский флот в узкий пролив и разбить его там. Сам Фемистокл признавал превосходство персов и считал, что в открытом море у греков не было шансов на победу.

Когда Фемистокл вынужден был бежать из Греции, то оказался под покровительством сына Ксеркса – персидского царя Артаксеркса, при котором он состоял, говоря современным языком, советником по военно-морским вопросам.

Попытки возрождения

После того как в 333 году до н.э. Александр Македонский разбил армию Дария, III Персидская империя перестала существовать. Соответственно исчез и ее флот. Первая попытка его возрождения была предпринята в 1734 году Надир-шахом. Собственно, без поддержки британской короны эта попытка была бы обречена на провал. Лондон очень беспокоило продвижение Российской империи на Кавказе и на Каспии. Вот перед шахом и была поставлена задача сдерживать русских. Таким образом, флот персидского шаха стал элементом «большой игры» Британской империи.

В 1743 году Надир-шах назначил английского купца Джона Элтона суперинтендантом военного кораблестроения в северном Иране. Под его руководством к 1745 году для Каспийского моря были построены два фрегата и четыре небольших судна. Это несколько облегчило снабжение персидских войск в Дагестане, но нисколько не ослабило давления русских.

Не лучшим образом складывались дела и у более многочисленного южного флота, действовавшего в районе Аравийского моря и Персидского залива. Поначалу операции капитанов Надир-шаха не беспокоили Лондон, тем паче что на персидских кораблях служило немало англичан. Но затем, когда подданные шаха увлеклись пиратством и даже грабили суда британской Ост-Индской компании, интерес к этим «союзникам» сильно угас. И еще не известно, как бы стали развиваться события, но в 1747 году после смерти Надир-шаха персидский флот развалился.

Шах Реза Пехлеви, пришедший к власти в Тегеране в 1925 году в результате им же самим организованного переворота, в ноябре 1932 года приступил к очередному воссозданию военного флота. Кстати, именно этот правитель вернул государству самоназвание «Иран», вместо употреблявшейся прежде «Персии». Особых успехов Реза Пехлеви на ниве военно-морского строительства не сыскал. Но при нем для Императорского флота, как громко именовалось это скромное объединение, на итальянской верфи Cantiere navale di Palermo в Палермо все-таки были построены два небольших шлюпа типа Babr водоизмещением по 950 т каждый, вооруженные тремя 102-мм орудиями и двумя пулеметами, а также четыре патрульных корабля типа Charogh водоизмещением по 300 т, оснащенные двумя 75-мм пушками и двумя 37-мм автоматами, и шесть 30-тонных сторожевых катеров.

Флот этот просуществовал недолго. В августе 1941 года советские и британские части, вошедшие в Иран, потопили шахские корабли. Эта превентивная мера была нелишней. Реза Пехлеви питал симпатию к гитлеровскому режиму. В свою очередь, в Берлине не скрывали планов объединиться с подлинными арийцами и страной, где некогда проповедовал теорию «сверхчеловека» Заратустра. У нацистов, впрочем, были и вполне практические соображения. Они планировали после захвата бакинских нефтяных месторождений взять под контроль и добычу «черного золота» в Иране, чтобы продолжить борьбу за мировое господство.

На переломе

Сам Реза Пехлеви отрекся от престола и бежал в Южно-Африканский Союз, находившийся под контролем Британии, которая, впрочем, не препятствовала проживанию изгнанника. Престол в Тегеране занял его сын Мохаммед Реза Пехлеви. Внешняя и внутренняя политика шахиншаха, то есть «шаха всех шахов», как без ложной скромности нарек себя новый правитель, была разноречивой. Но, безусловно, он находился под влиянием британских и американских нефтяных монополий, которые видели в Иране главного полицейского Ближнего Востока и противовес Индии в зоне Индийского океана.

Оружие поставлялось Тегерану щедро, тем более, что оно столь же щедро оплачивалось. Достаточно сказать, что ВВС шахского режима располагали авиационным парком, превосходившим по количеству современных самолетов и вертолетов ВВС всех стран-членов НАТО, кроме США (многие из этих самолетов используются и сейчас, являясь ядром ВВС Исламской Республики Иран).

Но строительство нового Императорского флота продвигалось достаточно медленно, что было связано как с нехваткой специалистов, так и с дороговизной приобретаемых кораблей. К 1979 году, когда произошло падение шахского режима, вызванного обнищанием населения и недовольством шиитских религиозных деятелей вестернизацией страны, Императорский флот включал три устаревших эсминца американской и британской постройки эпохи Второй мировой войны, четыре ракетных фрегата типа Alvand, специально спроектированных и построенных для Ирана британскими фирмами Vosper Thornycroft и Vickers, четыре корвета типа Bayandor американской постройки, девять ракетных катеров типа Kaman французского проекта La Combattante IIa, несколько тральщиков, десантных кораблей, в том числе 14 на воздушной подушке британского производства, а также вспомогательных судов.

К моменту Исламской революции, в США строились и находились в высокой степени готовности четыре ракетных эсминца типа Kourosh (после 1979 г. Вашингтон отказался передавать эти корабли Тегерану, они сначала вошли в состав американского флота как ЭМ типа Kidd, а затем были поставлены ВМС Тайваня), а на иранских верфях достраивались три РКА типа Kaman. Готовились к ремонту перед передачей ВМС Ирана три американские дизель-электрические подводные лодки типа Tang. Шесть ДЭПЛ типа 209 предполагалось построить в ФРГ. В 1978 году на западногерманской верфи Bremer Vulkan были заказаны 12 фрегатов голландского типа Kortenaer.

Если бы эти планы были реализованы, то ВМС Ирана стали бы сильнейшими в западной части Индийского океана и были бы способны проецировать силу вплоть до Тихого океана, а также на восточные акватории Средиземного моря. Но не случилось.

Наоборот, начавшаяся вскоре ирано-иракская война 1980-1988 гг. только ослабила флот Ирана. В боях, в том числе с американцами, которые, например, атаковали иранские корабли во время операции Praying Mantis («Богомол»), были потеряны фрегат Sahand типа Alvand, два корвета типа Bayandor и два ракетных катера типа Kaman.

«Я иду на тебя. Ты взорвешься через пару минут»

В разгар ирано-иракской войны лидер Исламской революции аятолла Рухолла Хомейни приказал руководителям Корпуса стражей исламской революции (КСИР) создать свои собственные Военно-морские силы для отпора неприятелю в Персидском заливе. Чем было вызвано решение организовать параллельные ВМС, сказать трудно. Очевидно руководство Исламской Республики Иран испытывало определенное недоверие к офицерскому корпусу «традиционных» ВМС, начинавшему службу при шахском режиме.

Корпус стражей исламской революции – элитное военно-политическое формирование, являющееся частью Вооруженных Сил Ирана. После образования в сентябре 1985 года ВМС КСИР приняли самое активное участие в так называемой танкерной войне в Персидском заливе, используя тактику «роя». Она предусматривает участие нескольких десятков, а то и сотен быстроходных катеров, оснащенных компактными РСЗО, ПТУР, РПГ и крупнокалиберными пулеметами, при атаках кораблей и судов противника. Некоторые катера начинялись взрывчаткой, превращаясь таким образом в надводные торпеды.

КСИР в значительной степени парализовал транспортировку нефти по Персидскому заливу. США пришлось привлекать свои Военно-морские силы для противодействия новой угрозе. Однако те действовали традиционно, атакуя корабли ВМС Ирана (примером может служить та же операция «Богомол»). Однако многочисленные катера КСИР, действовавшие по принципу «ударил – убежал», оказывались вне поля их внимания, рассредоточиваясь по многочисленным бухточкам и причалам.

После завершения ирано-иракской войны напряженность в Персидском заливе не спала. Тегеран, чрезвычайно недовольный присутствием ВМС США в Заливе, периодически использовал ВМС КСИР для атак против кораблей американского флота и их союзников по НАТО. В одном из эпизодов «войны нервов» американские моряки получили по радио послание следующего содержания: «Я иду на тебя. Ты взорвешься через пару минут». И только тогда, когда до американского корабля оставалось около кабельтова, катер КСИР отвернул в сторону. Похожих сюжетов можно перечислить много.

Один из последних случаев произошел в июне 2022 года. Три катера ВМС КСИР приблизились к американским патрульному кораблю Sirocco и быстроходному экспедиционному транспортному судну Choctaw County на дистанцию 46 метров. Американские военные моряки заметно занервничали. Но все тогда обошлось. Представитель Центрального командования Вооруженных Сил США (CENTCOM) полковник Джозеф Буччино обвинил иранских военных в несоблюдении «международных стандартов профессионального и безопасного поведения на море». По его словам, подобные действия «увеличивают риск просчетов и столкновений».

Другой недавний эпизод связан с введенными против России западными санкциями. 19 апреля 2022 года танкер Pegas под российским флагом со 115000 т иранской нефти на борту задержали у причала греческого порта Каристос. Потом выяснилось, что танкер, сменивший к тому времени судовладельца и имя на Lana, под санкции ЕС не попадает, а вот его груз по требованию США был арестован. Афинский суд постановил конфисковать иранскую нефть и перенаправить ее в Соединенные Штаты. Перегрузка нефти в другой танкер началась 26 мая. В тот же день ВМС КСИР задержали в Персидском заливе два греческих супертанкера, на борту которых суммарно находилось в четыре раза больше «черного золота», чем на «Пегасе». Тегеран потребовал денежную компенсацию за утраченный товар. Иначе пригрозил задержать еще 17 греческих танкеров, находящихся в Персидском заливе.

Сам захват греческих танкеров был осуществлен в лучших традициях голливудских боевиков. Сначала на палубы нефтетанкеров, находившихся на ходу, с вертолетов AB-206 Iroquois высадились иранские группы захвата, которые заставили суда остановиться. Тут же подошел «рой» катеров ВМС КСИР, которые отконвоировали танкеры в иранские воды. В итоге Афинам пришлось идти на уступки Тегерану.

Конечно, боевой состав ВМС КСИР со времени ирано-иракской войны заметно изменился в сторону усиления, хотя по-прежнему тактика строится на принципе «ударил – убежал» с опорой на  совместные действия «роем». Самыми крупными боевыми единицами ВМС КСИР являются десять ракетных катеров типа Tondar («Гром»), построенных в середине 90-х годов прошлого века в Китае по образу и подобию РКА ВМС НОАК типа Houdong. Их полное водоизмещение составляет 208 т, длина – 38,6 м, ширина – 6,8 м, осадка – 2,7 м. Катера оснащены тремя дизелями и развивают максимальный 35-узловый ход. Они вооружены двумя сдвоенными пусковыми установками противокорабельных ракет Noor или Ghader, двумя спаренными 30-мм автоматами AK-230 или двумя спаренными 23-мм артустановками. Экипажи состоят из 28 человек.

Катера типа Tondar, носящие имена шахидов, то есть мучеников за веру, принявших смерть на войне против врагов, сражаясь во имя Аллаха, к сегодняшнему дню физически и морально устарели. Однако благодаря наличию ракетного оружия, способного поражать противника на дальности до 170-300 км, они, безусловно, представляют угрозу для любого противника.

Самый многочисленный класс корабельного состава ВМС КСИР – быстроходные катера. Их насчитывается от 3000 до 5000 единиц. По данным британской газеты Sun, Иран имеет около 9000 таких боевых единиц. Но точную цифру знает только командование КСИР.

Некоторые катера из-за изношенности десятками выводятся из числа действующих, а другие десятками приходят им на замену. Так, в начале февраля 2021 года в Бандер-Аббас состоялась церемония вступления в строй ВМС КСИР сразу 340 (!) новых быстроходных катеров разных типов. Как было тогда заявлено, они могут нести ракеты и мины, а также скрытно доставлять боевых пловцов к месту диверсий. А в декабре 2021 года ВМС КСИР пополнились еще 110 такими катерами.

Этот поистине «москитный флот», который преимущественно действует в Персидском заливе и Оманском проливе, и доставляет немало хлопот и беспокойства США и их союзникам, представляет собой довольно пеструю картину. Среди них есть, например, 1,3-тонные катера типа Ashura, способные развивать 90-узловую скорость хода и нести 12,7-мм пулемет или двенадцатиствольную 107-мм установку РСЗО. Но имеются и более «тяжелые» единицы. Малые ракетные 19-тонные малозаметные катера-катамараны, развивающие 50-узловую скорость хода, типа С 14 Azarakhsh, более известные как China Cat, то есть «Китайский кот», вооружаются четырьмя китайскими ПКР C-701/C-704 с дальностью поражения целей 30-35 км, двумя 324-мм торпедами, 23-мм автоматом и 12,7-мм пулеметом. Вместо пусковых установок с противокорабельными ракетами они могут оснащаться 16-ствольной 107-мм РСЗО.

В значительных количествах ВМС КСИР пополняются 14-тонными малыми ракетными катерами типов Peykaap II и Zolfaghar (Peykaap III) с экипажами из трех человек. Они являются носителями двух ПКР Nasr с дальностью поражения целей до 35 км, двух 324-мм торпедных аппаратов и развивают максимальную 52-узловую скорость хода.

Некоторые катера, как утверждает командование ВМС КСИР, оснащаются суперкавитирующими торпедами Hoot («Кит»), созданными по образу и подобию российских скоростных подводных ракет «Шквал». Правда, иранский «Кит» по ряду характеристик не дотягивает до российских СПР (например, дальность стрельбы составляет 6 км, что, впрочем, при использовании в узком Ормузском проливе вполне достаточно), но все равно его возможности впечатляют. Так, Hoot движется под водой со скоростью 360 км/ч. Торпеда была успешно испытана во время учений «Великий пророк» в 2006 году, а затем в Ормузском проливе в мае 2017 года.

Ставка на ракеты

ВМС КСИР не только отвечают за строительство и использование своего «москитного флота», но и за создание перспективного военно-морского оружия, а также за оснащение и развитие средств береговой обороны.

Основной противокорабельной ракетой ВМС Ирана и береговых частей ВМС КСИР является ПКР Noor, которая стала развитием китайских ПКР C-802. В 1995 году Тегеран и Пекин подписали соглашение о поставке этих ракет Исламской Республике. Однако Вашингтон стал оказывать сильное давление на Китайскую Народную Республику, дабы та отказалась от своего намерения. Пекин был вынужден учесть американские озабоченности. Но успел поставить ИРИ 60 ракет C-802. Очевидно, была передана и техническая документация по ним, потому что весьма скоро иранские предприятия наладили самостоятельное производство ПКР Noor.

И не просто наладили, но и принялись совершенствовать китайское изделие. Дальность стрельбы за счет внедрения турбореактивного двигателя Toloue-4 – иранской версии французского ТРД Microturbo TRI 60 – была увеличена с 30 до 130 км. Затем на Noor появилась головка самонаведения DM-3B с радаром миллиметрового диапазона, что позволило не только повысить точность стрельбы, но и противодействовать средствам РЭБ противника. Наконец, дальность поражения целей была доведена до 170 км. Масса боевой части ПКР в зависимости от модификации составляет 165-285 кг.

Дальнейшее развитие Noor – ПКР Ghadir, способные поражать не только морские, но и наземные цели на дальности до 300 км. Эта ракета может запускаться кораблями и береговыми пусковыми установками, а также вертолетами. Для береговых ПУ Noor и Ghadir созданы транспортеры, которые практически невозможно отличить от обычных грузовых трейлеров, то есть обнаружить их авиационными и космическим средствами разведки крайне сложно.

ВМС КСИР оснащаются широкой номенклатурой ПКР малой дальности на базе китайских противокорабельных ракет C-701 и C-704. В их числе ПКР Nasr-1 со 150-килограммовой полубронебойной осколочно-фугасной боевой частью, предназначенной для уничтожения морских целей на дальности до 35 км. Гораздо менее мощные ПКР берегового базирования Kowsar, существующие сразу в двух версиях, поскольку основаны на двух разных типах китайских ракет C-701 и TL-10A. Их дальность стрельбы составляет 15-20 км, а мощность боевой части – 29 кг.

Поскольку ВМС Исламской Республики Иран все больший акцент делают на развитие подводных лодок, то для вооружения субмарин была создана ПКР Jask-2, выстреливаемая из-под воды. Она создана специалистами Военно-морского университета имама Хомейни в Ношахре на базе противокорабельной ракеты Nasr-1. Впервые успешный подводный старт Jask-2 был осуществлен с борта сверхмалой подводной лодки типа Ghadir в феврале 2019 года во время учений Velayat 97. В 2020 году ракета была запущена в серийное производство. Она предназначена для использования в составе комплекса вооружения ДЭПЛ типов Ghadir и Fateh.

ПКР Jask-2 выстреливается подводной лодкой в капсуле. Когда она оказывается на поверхности, капсула сбрасывается и включается реактивный двигатель. Так же, как и у ПКР Nasr-1, дальность стрельбы Jask-2 составляет 35 км. В условиях Персидского залива и Ормузского пролива это весьма грозное оружие. Сейчас в Исламской Республике Иран ведутся опытно-конструкторские работы по более совершенной ПКР подводного базирования Jask-3 с улучшенными характеристиками, прежде всего увеличенной дальностью стрельбы.

Впечатленные успехами КНР по созданию противокорабельных баллистических ракет (ПКБР), против которых на сегодняшний день нет надежных средств защиты, за разработку ПКБР взялись и в Иране. Первым образцом стала квазибаллистическая ракета с весьма символическим  названием Khalij Fars, то есть «Персидский залив». Она является версией оперативно-тактической ракеты Fateh-110 Сухопутных войск Ирана. Ее длина – 8,86 м, диаметр корпуса – 0,61 м. Двигатель – одноступенчатый, твердотопливный. Масса боевой части 650 кг с системой уклонения от перехвата. Дальность стрельбы Khalij Fars – 300 км. Система наведения – инерциальная, с головкой самонаведения на конечном участке траектории. Ракета неоднократно запускалась на учениях и успешно поражала цели.

Дальнейшим развитием Khalij Fars стала ПКБР Hormuz-2 с повышенной точностью наведения и еще большей устойчивостью к помехам. Обе ракеты состоят на вооружении береговых частей КСИР.

Стоит заметить, что иранское противокорабельное оружие неоднократно использовалось, если не самими ВМС КСИР, то связанными с Корпусом зарубежными организациями. Так, 14 июля 2006 года базирующаяся в Ливане организация «Хезболла» атаковала в Средиземном море двумя ПКР Kowsar израильский корвет Hanit. Первая ракета взорвалась над палубой корабля, убив четверых моряков и нанеся серьезные повреждения корвету. Вторая на конечном участке перенавелась на находившееся рядом египетское каботажное судно и тоже повредила его.

1 октября 2016 года у йеменского порта Моха, что находится на аравийском берегу в 74 км к северу от Баб-эль-Мандебского пролива, хуситы, ведущие войну с правительственными войсками Йемена и поддерживающими их силами арабской коалиции, нанесли удар противокорабельной ракетой Noor по следовавшему в Аден скоростному транспортному катамарану Swift, арендованному государственной компанией National Marine Dredging Company из Объединенных Арабских Эмиратов у австралийской фирмы Incat. Cудно, сделанное из алюминия, загорелось как свечка. Оно не затонуло, но почти полностью выгорело.

3 октября 2016 года у Моха появилось соединение кораблей американского флота в составе ракетных эсминцев Mason (DDG 87) и Nitze (DDG 94) типа Arleigh Burke, а также так называемой передовой плавучей базы снабжения Ponce (AFSB(I)-15). Эта флотилия неспешно патрулировала у аравийского берега, словно провоцируя хуситов. И добилась своего. 9 октября около 19.00 местного времени со стороны берега эсминец Mason и плавбаза Ponce были атакованы двумя противокорабельными ракетами. На их перехват Mason выпустил две зенитные ракеты SM-2 и одну ESSM. Были также выстреляны ракеты постановки активных помех (РПАП) Nulka. В результате одна ПКР Noor была сбита американской ЗУР, а вторая, судя по всему, была отведена РПАП Nulka и упала в море. То есть атака была успешно отбита.

12 октября история повторилась. В 18.00 местного времени Mason и Ponce снова были атакованы со стороны берега двумя ПКР. И снова атака была отражена ЗУР американского эсминца. ПКР были сбиты на дальности около 13 км от американских кораблей. На следующие сутки около 21.00 эсминец Nitze пустил несколько крылатых ракет Tomahawk по трем радиолокационным станциям в районе Рас-Иса к северу от Моха, которые обеспечивали хуситам целеуказание для ракет Noor.

Все это, однако, не означает, что указанные ракеты совсем уж плохи. Тегеран поставляет своим зарубежным партнерам ПКР Noor вовсе не последних модификаций, а то и списанные в Иране образцы.

От «зеленой» воды – к «синей»

Если по принятой на Западе классификации «москитный флот» КСИР относятся к ВМС «бурой» воды, то есть предназначенными для действий в ближней прибрежной зоне, то регулярные Военно-морские силы Ирана рассчитаны на применение в «зеленых» водах – ближней морской зоне, к которой в случае с Ираном относятся Аравийское море и Оманский залив. Конечно, нет никаких ограничений для развертывания кораблей и подводных лодок иранских ВМС в Персидском заливе, равно как и катеров ВМС КСИР в акваториях Индийского океана. Но на практике такое разделение существует.

После завершения ирано-иракской войны, ВМС ИРИ нуждались в обновлении. Но из-за санкций, наложенных на Тегеран, дефицита финансовых ресурсов и отсутствия специалистов в судостроительной отрасли, сделать это оказалось непросто.

Но все-таки была осуществлена модернизация трех из четырех оставшихся в строю фрегатов типа Alvand. На них демонтировали пусковые установки итальянских противокорабельных ракет Sea Killer Mk2 и британских ЗРК обороны ближнего рубежа Sea Cat. Из прежнего вооружения остались 114-мм и 35-мм спаренные артиллерийские установки и противолодочный бомбомет Limbo. На кораблях появились четыре китайские ПКР C-802, которые позже заменили на Noor, два трехтрубных 324-мм противолодочных торпедных аппарата, два 20-мм автомата, два 81-мм миномета и два 12,7-мм пулемета.

В 2001 году на иранских верфях началось строительство для регулярных ВМС «эсминцев», как тогда их классифицировали, типа Moudge. В основе  конструкции – те же фрегаты типа Alvand. Водоизмещение – 1500 т, длина – 95 м, ширина – 11,1 м, осадка – 3,25 м, максимальная скорость хода – 30 узлов. То есть по своим характеристикам корабли соответствуют даже не современным фрегатам, а корветам. Вооружение тоже соответствующее: четыре ПКР Noor или Ghadir, четыре ЗУР средней дальности Mehrab, которые на дистанции до 45 км могут поражать не только воздушные, но и морские цели, два трехтрубных 324-мм противолодочных торпедных аппарата, 76-мм универсальная пушка, 40-мм автомат или многоствольный 30-мм автомат, два 20-мм автомата и два 12,7-мм пулемета. В кормовой части имеется площадка для базирования вертолета Bell 214 ASW.

Были заказаны семь фрегатов типа Moudge. Четыре ввели в строй, один из которых – Damavand – погиб во время шторма в Каспийском море. Три достраиваются.

Несмотря на свои скромные габариты, фрегат Sahand типа Moudge в сопровождении экспедиционного судна ВМС КСИР Makran в июне-июле 2021 года совершил дальний переход из главной иранской военно-морской базы Бендер-Аббас на берегу Персидского залива – в Санкт-Петербург, затем проделал столь же длительный обратный путь.

Корабли типа Moudge успешно действовали в районе Африканского Рога, где в течение нескольких лет боролись с пиратами. Участвуют они и в совместных российско-китайско-иранских военно-морских учениях в Аравийском море и Оманском заливе.

Помимо фрегатов для ВМС ИРИ строятся ракетные катера типа Sina – носители ПКР Noor. Они созданы на базе РКА проекта La Combattante IIa. При полном водоизмещении 265 т они развивают 35-узловую скорость хода и несут помимо ракет 76-мм пушку и 40-мм автомат. Из десяти заказанных РКА типа Sina в строю только пять. Так же, как и фрегаты типа Moudge, они строятся крайне медленно. Сказываются нехватка комплектующих, недостаток квалифицированных специалистов и финансирования.

Значительно более быстрыми темпами продвигается пополнение ВМС подводными лодками. В Тегеране быстро поняли, что они способны дать ответ ВМС США только ассиметричными средствами, поэтому, как отмечалось выше, ставка была сделана на развитие противокорабельных ракет и подводных лодок.

В 1991-1996 гг. на «Адмиралтейских верфях» в Санкт-Петербурге для ВМС Ирана были построены три дизель-электрические подводные лодки проекта 877ЭКМ, несмотря на то, что Вашингтон оказывал сильнейшее давление на Москву, дабы Россия отказалась от сделки. Они активно эксплуатировались. Например, ДЭПЛ Yunes под командованием Хусейна Хари «для сбора информации и идентификации кораблей других стран» впервые была развернута в Красном море. Субмарина установила национальный рекорд продолжительности нахождения в плавании – 66 суток.

Иранские ДЭПЛ проекта 877ЭКМ добирались до берегов Индии и Шри-Ланки, несли антипиратскую вахту в Аденском заливе. Им потребовались ремонты. В 2008 году головная субмарина в подсерии – Tareg – встала в сухой док в Бендер-Аббасе. Туда прибыли специалисты северодвинского судоремонтного завода «Звездочка». Однако в 2010 году после принятия Советом Безопасности ООН резолюции №1929, запрещавшей военно-техническое сотрудничество с Тегераном, российских ремонтников отозвали. Но иранские специалисты продолжили работы на Tareg. Лодка вернулась в строй в 2012 году.

ДЭПЛ проекта 877ЭКМ по-прежнему остаются главными боевыми единицами ВМС Ирана в дальней морской и океанских зонах. Но каково их техническое состояние, судить трудно. Сейчас, когда время санкций истекло, вероятно, Ираном будут предприняты шаги как по модернизации имеющихся субмарин, так и по приобретению новых подлодок.

Поскольку Иран не имел в условиях санкций возможности закупать большие субмарины, он активно взялся за строительство собственными силами сверхмалых подлодок. С 2015 года в состав ВМС Исламской Республики Иран поступают ДЭПЛ типа Ghadir подводным водоизмещением 125 т, длиной 29 м, шириной корпуса 9 м, способные передвигаться под водой со скоростью 8 узлов. Вооружение включает два торпедных аппарата, из которых можно стрелять 533-мм торпедами и противокорабельными ракетами Jask-2, а также ставить мины. Точное количество этих мини-субмарин неизвестно, но большинство зарубежных аналитиков считает, что их порядка 17-23 единиц. Данного количества достаточно, чтобы полностью остановить судоходство в Персидском заливе.

В Иране построены первые две ДЭПЛ типа Fateh («Завоеватель») подводным водоизмещением 593 т, длиной 48 м и 11-узловой скоростью подводного хода. Глубина их погружения – 250 м, дальность плавания – 3500 миль 8-узловым ходом под шноркелем. Вооружение состоит из четырех 533-мм торпедных аппаратов для стрельбы торпедами и ПКР Jask-2. Имеются места для размещения двух запасных торпед.

«Завоеватели» уже предназначены для действий не в Персидском заливе, а в Оманском заливе и Аравийском море. Они способны добираться и дальше. Как заявил недавно контр-адмирал Амир Растегари, возглавляющий Организацию морской промышленности Министерства обороны Ирана, в обозримом будущем страна будет строить 6000-тонные эсминцы и большие подводные лодки. Появлялась информация о намерении Тегерана создавать субмарины с ядерными силовыми установками.

Исламская Республика Иран, несомненно, движется в направлении флота «синей» воды, другими словами, океанского, что объясняется не только желанием «отодвинуть» США куда-нибудь подальше, но и создать противовес быстрорастущим ВМС соседних арабских государств.

Требуется реорганизация

Два года назад ВМС КСИР организовали в Ормузском проливе беспрецедентное шоу. Был построен огромный макет, напоминавшего по конструкции американский авианосец типа Nimitz, против которого была проведена показательная атака. Сначала по нему ударили ракетами вертолеты, затем – многочисленные катера. «Авианосец» загорелся, его взяли на абордаж. Хотя Вашингтон тогда выразил протест, однако на самом деле США и их союзников больше волнуют иные события. Это дальний поход фрегата Sahand и экспедиционного судна Makran летом 2021 года, которое привлекло пристальное внимание западных разведок. Перемещение этих двух иранских кораблей отслеживали чуть ли не в режиме реального времени.

После снятия санкций Тегеран получил возможность модернизировать все виды Вооруженных Сил, в том числе ВМС Ирана и ВМС КСИР. А они действительно нуждаются в обновлении. Устарели ракетные катера типа Tondar и им необходима замена. Для того, чтобы выйти в «синюю» воду, требуются корабли более крупного водоизмещения, нежели фрегаты (а по сути корветы) типа Moudge. Помимо противокорабельных ракет их необходимо оснастить эффективными ЗУР, так как без надежных средств ПВО/ПРО в дальней морской и океанских зонах делать нечего. Это относится и к средствам противолодочной обороны.

Обновление уже началось. Первыми к нему приступили ВМС КСИР. Сразу на трех верфях ведется строительство стелс-корветов катамаранного типа Shahid Soleimani. Головной корабль этой серии получил название в честь генерала Касема Сулеймани, отвечавшего в КСИР за разведку и специальные операции и погибшего на территории Ирака 3 января 2020 года от удара американского беспилотника. Корвет, по данным американских источников, при длине 65 м будет нести 8 скрытых в корпусе ПКР Noor или Ghadir, автоматическую пушку и сможет принимать вертолет. На верфи Qeshm Madkandaloo Shipbuilding Cooperative на острове Кешм в Ормузском проливе для ВМС КСИР также ведется строительство ракетного катера-катамарана. Его длина будет составлять около 50 м, а ширина – 14 м. Вооружение представлено четырьмя ПКР Noor или Ghadir. Вступление этих боевых единиц в строй Военно-морских сил КСИР позволит расширить зону их операционного развертывания за пределы Персидского залива.

К сожалению, ВМС Ирана несут потери из-за высокой аварийности, причем по самым разным причинам. Так, уже упоминавшийся фрегат Damavand погиб 10 января 2018 года, разбившись во время шторма о мол при заходе в военно-морскую базу Бендер-Энзели на Каспии. При этом два моряка погибли. С корабля, пока он не скрылся под волнами, успели снять кранами большую часть вооружения и электронного оснащения. Поскольку шторм не утихал несколько дней, надо полагать, от корпуса мало что осталось. Однако иранские власти заявили, что поднимут и отремонтируют корабль. Недавно на верфи в Бендер-Энзели действительно спустили на воду фрегат Damavand. Это новый корабль, на который установят часть спасенного вооружения и снаряжения с погибшего фрегата.

В мае 2020 года во время учебных стрельб ракета Noor, запущенная фрегатом Jamaran, поразила не мишень, а более крупную радиоконтрастную цель –большой ракетный катер Konarak, переоборудованный из пассажирско-грузового судна. Тогда погибли 19 моряков, а 15 получили ранения. Сам катер затонул.

В ночь на 2 июня 2021 года на рейде иранского порта Джаск загорелся крупнейший корабль ВМС ИРИ – судно снабжения Kharg полным водоизмещением 33540 т. Оно готовилось к дальнему учебному плаванию и на его борту находилось 400 членов экипажа и курсантов. Всех их удалось спасти, но Kharg полностью выгорел и затонул.

Наконец, 7 декабря 2021 года в сухом доке в Бендер-Аббас перевернулся строящийся на базе фрегата типа Moudge разведывательный корабль Talayieh. Погиб один военнослужащий. О причинах аварии ничего не сообщалось.

Из всего вышеуказанного следует, что иранским морякам и судостроителям следует повысить дисциплину, технику безопасности и военно-морскую культуру.

И еще обо одном обстоятельстве необходимо сказать особо. Разделение Военно-морских сил Ирана на две параллельные структуры усложняет управление ими и порождает ненужную конкуренцию, а в конечном счете – увеличивает затраты. Если вначале создание ВМС КСИР было объективно оправдано, то сегодня одновременное существование в Иране двух военно-морских структур выглядит спорным. И эту ситуацию рано или поздно  потребуется решать.

16+
Россия, 127015, Москва, ул. Новодмитровская,
дом 2, корпус 2, этаж 5, пом. XXIVд, офис 4.
Бизнес-центр «Савеловский Сити», башня Davis
Тел. +7 (495) 767-81-36
Тел./Факс: +7 (495) 783-68-27
E-mail: info@caspian.institute
Правовая информация
Все права на материалы, опубликованные на сайте, принадлежат Каспийскому институту стратегических исследований. Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе в электронных СМИ, возможно только при наличии обязательной ссылки на КИСИ.
© 2022, Каспийский институт стратегических исследований
наверх
Каспийский институт стратегический исследований
Публикации

Военно-морские силы Ирана: история и современность

фото: rasanah-iiis.org
11 июля 2022

Военно-морские силы Ирана имеют очень давнюю историю. Достаточно вспомнить империю Ахеменидов, чьи земли простирались в VI-IV веках до н.э. от реки Инд на востоке до Эгейского моря на Западе, от первого порога Нила на юге и до Закавказья на Севере. Царь Дарий завоевал большую часть Греции и контролировал восточную часть Средиземного моря. Его преемник – Ксеркс – не только обладал самым многочисленным и самым сильным флотом, но и построил через Геллеспонт, как тогда назывался пролив Дарданеллы, для переправы своей огромной армии из Малой Азии на Балканы, два понтонных моста. Они состояли в общей сложности из 674 военных кораблей, через которые были проложены «проезжие части». Как удалось создать такие сооружения в узкой части пролива с сильными течениями, водоворотами и значительными глубинами, современные инженеры до сих пор не могут разобраться.

Да, флот Ксеркса потерпел поражение в Саламинском сражении, когда греческому стратегу Фемистоклу хитростью удалось заманить персидский флот в узкий пролив и разбить его там. Сам Фемистокл признавал превосходство персов и считал, что в открытом море у греков не было шансов на победу.

Когда Фемистокл вынужден был бежать из Греции, то оказался под покровительством сына Ксеркса – персидского царя Артаксеркса, при котором он состоял, говоря современным языком, советником по военно-морским вопросам.

Попытки возрождения

После того как в 333 году до н.э. Александр Македонский разбил армию Дария, III Персидская империя перестала существовать. Соответственно исчез и ее флот. Первая попытка его возрождения была предпринята в 1734 году Надир-шахом. Собственно, без поддержки британской короны эта попытка была бы обречена на провал. Лондон очень беспокоило продвижение Российской империи на Кавказе и на Каспии. Вот перед шахом и была поставлена задача сдерживать русских. Таким образом, флот персидского шаха стал элементом «большой игры» Британской империи.

В 1743 году Надир-шах назначил английского купца Джона Элтона суперинтендантом военного кораблестроения в северном Иране. Под его руководством к 1745 году для Каспийского моря были построены два фрегата и четыре небольших судна. Это несколько облегчило снабжение персидских войск в Дагестане, но нисколько не ослабило давления русских.

Не лучшим образом складывались дела и у более многочисленного южного флота, действовавшего в районе Аравийского моря и Персидского залива. Поначалу операции капитанов Надир-шаха не беспокоили Лондон, тем паче что на персидских кораблях служило немало англичан. Но затем, когда подданные шаха увлеклись пиратством и даже грабили суда британской Ост-Индской компании, интерес к этим «союзникам» сильно угас. И еще не известно, как бы стали развиваться события, но в 1747 году после смерти Надир-шаха персидский флот развалился.

Шах Реза Пехлеви, пришедший к власти в Тегеране в 1925 году в результате им же самим организованного переворота, в ноябре 1932 года приступил к очередному воссозданию военного флота. Кстати, именно этот правитель вернул государству самоназвание «Иран», вместо употреблявшейся прежде «Персии». Особых успехов Реза Пехлеви на ниве военно-морского строительства не сыскал. Но при нем для Императорского флота, как громко именовалось это скромное объединение, на итальянской верфи Cantiere navale di Palermo в Палермо все-таки были построены два небольших шлюпа типа Babr водоизмещением по 950 т каждый, вооруженные тремя 102-мм орудиями и двумя пулеметами, а также четыре патрульных корабля типа Charogh водоизмещением по 300 т, оснащенные двумя 75-мм пушками и двумя 37-мм автоматами, и шесть 30-тонных сторожевых катеров.

Флот этот просуществовал недолго. В августе 1941 года советские и британские части, вошедшие в Иран, потопили шахские корабли. Эта превентивная мера была нелишней. Реза Пехлеви питал симпатию к гитлеровскому режиму. В свою очередь, в Берлине не скрывали планов объединиться с подлинными арийцами и страной, где некогда проповедовал теорию «сверхчеловека» Заратустра. У нацистов, впрочем, были и вполне практические соображения. Они планировали после захвата бакинских нефтяных месторождений взять под контроль и добычу «черного золота» в Иране, чтобы продолжить борьбу за мировое господство.

На переломе

Сам Реза Пехлеви отрекся от престола и бежал в Южно-Африканский Союз, находившийся под контролем Британии, которая, впрочем, не препятствовала проживанию изгнанника. Престол в Тегеране занял его сын Мохаммед Реза Пехлеви. Внешняя и внутренняя политика шахиншаха, то есть «шаха всех шахов», как без ложной скромности нарек себя новый правитель, была разноречивой. Но, безусловно, он находился под влиянием британских и американских нефтяных монополий, которые видели в Иране главного полицейского Ближнего Востока и противовес Индии в зоне Индийского океана.

Оружие поставлялось Тегерану щедро, тем более, что оно столь же щедро оплачивалось. Достаточно сказать, что ВВС шахского режима располагали авиационным парком, превосходившим по количеству современных самолетов и вертолетов ВВС всех стран-членов НАТО, кроме США (многие из этих самолетов используются и сейчас, являясь ядром ВВС Исламской Республики Иран).

Но строительство нового Императорского флота продвигалось достаточно медленно, что было связано как с нехваткой специалистов, так и с дороговизной приобретаемых кораблей. К 1979 году, когда произошло падение шахского режима, вызванного обнищанием населения и недовольством шиитских религиозных деятелей вестернизацией страны, Императорский флот включал три устаревших эсминца американской и британской постройки эпохи Второй мировой войны, четыре ракетных фрегата типа Alvand, специально спроектированных и построенных для Ирана британскими фирмами Vosper Thornycroft и Vickers, четыре корвета типа Bayandor американской постройки, девять ракетных катеров типа Kaman французского проекта La Combattante IIa, несколько тральщиков, десантных кораблей, в том числе 14 на воздушной подушке британского производства, а также вспомогательных судов.

К моменту Исламской революции, в США строились и находились в высокой степени готовности четыре ракетных эсминца типа Kourosh (после 1979 г. Вашингтон отказался передавать эти корабли Тегерану, они сначала вошли в состав американского флота как ЭМ типа Kidd, а затем были поставлены ВМС Тайваня), а на иранских верфях достраивались три РКА типа Kaman. Готовились к ремонту перед передачей ВМС Ирана три американские дизель-электрические подводные лодки типа Tang. Шесть ДЭПЛ типа 209 предполагалось построить в ФРГ. В 1978 году на западногерманской верфи Bremer Vulkan были заказаны 12 фрегатов голландского типа Kortenaer.

Если бы эти планы были реализованы, то ВМС Ирана стали бы сильнейшими в западной части Индийского океана и были бы способны проецировать силу вплоть до Тихого океана, а также на восточные акватории Средиземного моря. Но не случилось.

Наоборот, начавшаяся вскоре ирано-иракская война 1980-1988 гг. только ослабила флот Ирана. В боях, в том числе с американцами, которые, например, атаковали иранские корабли во время операции Praying Mantis («Богомол»), были потеряны фрегат Sahand типа Alvand, два корвета типа Bayandor и два ракетных катера типа Kaman.

«Я иду на тебя. Ты взорвешься через пару минут»

В разгар ирано-иракской войны лидер Исламской революции аятолла Рухолла Хомейни приказал руководителям Корпуса стражей исламской революции (КСИР) создать свои собственные Военно-морские силы для отпора неприятелю в Персидском заливе. Чем было вызвано решение организовать параллельные ВМС, сказать трудно. Очевидно руководство Исламской Республики Иран испытывало определенное недоверие к офицерскому корпусу «традиционных» ВМС, начинавшему службу при шахском режиме.

Корпус стражей исламской революции – элитное военно-политическое формирование, являющееся частью Вооруженных Сил Ирана. После образования в сентябре 1985 года ВМС КСИР приняли самое активное участие в так называемой танкерной войне в Персидском заливе, используя тактику «роя». Она предусматривает участие нескольких десятков, а то и сотен быстроходных катеров, оснащенных компактными РСЗО, ПТУР, РПГ и крупнокалиберными пулеметами, при атаках кораблей и судов противника. Некоторые катера начинялись взрывчаткой, превращаясь таким образом в надводные торпеды.

КСИР в значительной степени парализовал транспортировку нефти по Персидскому заливу. США пришлось привлекать свои Военно-морские силы для противодействия новой угрозе. Однако те действовали традиционно, атакуя корабли ВМС Ирана (примером может служить та же операция «Богомол»). Однако многочисленные катера КСИР, действовавшие по принципу «ударил – убежал», оказывались вне поля их внимания, рассредоточиваясь по многочисленным бухточкам и причалам.

После завершения ирано-иракской войны напряженность в Персидском заливе не спала. Тегеран, чрезвычайно недовольный присутствием ВМС США в Заливе, периодически использовал ВМС КСИР для атак против кораблей американского флота и их союзников по НАТО. В одном из эпизодов «войны нервов» американские моряки получили по радио послание следующего содержания: «Я иду на тебя. Ты взорвешься через пару минут». И только тогда, когда до американского корабля оставалось около кабельтова, катер КСИР отвернул в сторону. Похожих сюжетов можно перечислить много.

Один из последних случаев произошел в июне 2022 года. Три катера ВМС КСИР приблизились к американским патрульному кораблю Sirocco и быстроходному экспедиционному транспортному судну Choctaw County на дистанцию 46 метров. Американские военные моряки заметно занервничали. Но все тогда обошлось. Представитель Центрального командования Вооруженных Сил США (CENTCOM) полковник Джозеф Буччино обвинил иранских военных в несоблюдении «международных стандартов профессионального и безопасного поведения на море». По его словам, подобные действия «увеличивают риск просчетов и столкновений».

Другой недавний эпизод связан с введенными против России западными санкциями. 19 апреля 2022 года танкер Pegas под российским флагом со 115000 т иранской нефти на борту задержали у причала греческого порта Каристос. Потом выяснилось, что танкер, сменивший к тому времени судовладельца и имя на Lana, под санкции ЕС не попадает, а вот его груз по требованию США был арестован. Афинский суд постановил конфисковать иранскую нефть и перенаправить ее в Соединенные Штаты. Перегрузка нефти в другой танкер началась 26 мая. В тот же день ВМС КСИР задержали в Персидском заливе два греческих супертанкера, на борту которых суммарно находилось в четыре раза больше «черного золота», чем на «Пегасе». Тегеран потребовал денежную компенсацию за утраченный товар. Иначе пригрозил задержать еще 17 греческих танкеров, находящихся в Персидском заливе.

Сам захват греческих танкеров был осуществлен в лучших традициях голливудских боевиков. Сначала на палубы нефтетанкеров, находившихся на ходу, с вертолетов AB-206 Iroquois высадились иранские группы захвата, которые заставили суда остановиться. Тут же подошел «рой» катеров ВМС КСИР, которые отконвоировали танкеры в иранские воды. В итоге Афинам пришлось идти на уступки Тегерану.

Конечно, боевой состав ВМС КСИР со времени ирано-иракской войны заметно изменился в сторону усиления, хотя по-прежнему тактика строится на принципе «ударил – убежал» с опорой на  совместные действия «роем». Самыми крупными боевыми единицами ВМС КСИР являются десять ракетных катеров типа Tondar («Гром»), построенных в середине 90-х годов прошлого века в Китае по образу и подобию РКА ВМС НОАК типа Houdong. Их полное водоизмещение составляет 208 т, длина – 38,6 м, ширина – 6,8 м, осадка – 2,7 м. Катера оснащены тремя дизелями и развивают максимальный 35-узловый ход. Они вооружены двумя сдвоенными пусковыми установками противокорабельных ракет Noor или Ghader, двумя спаренными 30-мм автоматами AK-230 или двумя спаренными 23-мм артустановками. Экипажи состоят из 28 человек.

Катера типа Tondar, носящие имена шахидов, то есть мучеников за веру, принявших смерть на войне против врагов, сражаясь во имя Аллаха, к сегодняшнему дню физически и морально устарели. Однако благодаря наличию ракетного оружия, способного поражать противника на дальности до 170-300 км, они, безусловно, представляют угрозу для любого противника.

Самый многочисленный класс корабельного состава ВМС КСИР – быстроходные катера. Их насчитывается от 3000 до 5000 единиц. По данным британской газеты Sun, Иран имеет около 9000 таких боевых единиц. Но точную цифру знает только командование КСИР.

Некоторые катера из-за изношенности десятками выводятся из числа действующих, а другие десятками приходят им на замену. Так, в начале февраля 2021 года в Бандер-Аббас состоялась церемония вступления в строй ВМС КСИР сразу 340 (!) новых быстроходных катеров разных типов. Как было тогда заявлено, они могут нести ракеты и мины, а также скрытно доставлять боевых пловцов к месту диверсий. А в декабре 2021 года ВМС КСИР пополнились еще 110 такими катерами.

Этот поистине «москитный флот», который преимущественно действует в Персидском заливе и Оманском проливе, и доставляет немало хлопот и беспокойства США и их союзникам, представляет собой довольно пеструю картину. Среди них есть, например, 1,3-тонные катера типа Ashura, способные развивать 90-узловую скорость хода и нести 12,7-мм пулемет или двенадцатиствольную 107-мм установку РСЗО. Но имеются и более «тяжелые» единицы. Малые ракетные 19-тонные малозаметные катера-катамараны, развивающие 50-узловую скорость хода, типа С 14 Azarakhsh, более известные как China Cat, то есть «Китайский кот», вооружаются четырьмя китайскими ПКР C-701/C-704 с дальностью поражения целей 30-35 км, двумя 324-мм торпедами, 23-мм автоматом и 12,7-мм пулеметом. Вместо пусковых установок с противокорабельными ракетами они могут оснащаться 16-ствольной 107-мм РСЗО.

В значительных количествах ВМС КСИР пополняются 14-тонными малыми ракетными катерами типов Peykaap II и Zolfaghar (Peykaap III) с экипажами из трех человек. Они являются носителями двух ПКР Nasr с дальностью поражения целей до 35 км, двух 324-мм торпедных аппаратов и развивают максимальную 52-узловую скорость хода.

Некоторые катера, как утверждает командование ВМС КСИР, оснащаются суперкавитирующими торпедами Hoot («Кит»), созданными по образу и подобию российских скоростных подводных ракет «Шквал». Правда, иранский «Кит» по ряду характеристик не дотягивает до российских СПР (например, дальность стрельбы составляет 6 км, что, впрочем, при использовании в узком Ормузском проливе вполне достаточно), но все равно его возможности впечатляют. Так, Hoot движется под водой со скоростью 360 км/ч. Торпеда была успешно испытана во время учений «Великий пророк» в 2006 году, а затем в Ормузском проливе в мае 2017 года.

Ставка на ракеты

ВМС КСИР не только отвечают за строительство и использование своего «москитного флота», но и за создание перспективного военно-морского оружия, а также за оснащение и развитие средств береговой обороны.

Основной противокорабельной ракетой ВМС Ирана и береговых частей ВМС КСИР является ПКР Noor, которая стала развитием китайских ПКР C-802. В 1995 году Тегеран и Пекин подписали соглашение о поставке этих ракет Исламской Республике. Однако Вашингтон стал оказывать сильное давление на Китайскую Народную Республику, дабы та отказалась от своего намерения. Пекин был вынужден учесть американские озабоченности. Но успел поставить ИРИ 60 ракет C-802. Очевидно, была передана и техническая документация по ним, потому что весьма скоро иранские предприятия наладили самостоятельное производство ПКР Noor.

И не просто наладили, но и принялись совершенствовать китайское изделие. Дальность стрельбы за счет внедрения турбореактивного двигателя Toloue-4 – иранской версии французского ТРД Microturbo TRI 60 – была увеличена с 30 до 130 км. Затем на Noor появилась головка самонаведения DM-3B с радаром миллиметрового диапазона, что позволило не только повысить точность стрельбы, но и противодействовать средствам РЭБ противника. Наконец, дальность поражения целей была доведена до 170 км. Масса боевой части ПКР в зависимости от модификации составляет 165-285 кг.

Дальнейшее развитие Noor – ПКР Ghadir, способные поражать не только морские, но и наземные цели на дальности до 300 км. Эта ракета может запускаться кораблями и береговыми пусковыми установками, а также вертолетами. Для береговых ПУ Noor и Ghadir созданы транспортеры, которые практически невозможно отличить от обычных грузовых трейлеров, то есть обнаружить их авиационными и космическим средствами разведки крайне сложно.

ВМС КСИР оснащаются широкой номенклатурой ПКР малой дальности на базе китайских противокорабельных ракет C-701 и C-704. В их числе ПКР Nasr-1 со 150-килограммовой полубронебойной осколочно-фугасной боевой частью, предназначенной для уничтожения морских целей на дальности до 35 км. Гораздо менее мощные ПКР берегового базирования Kowsar, существующие сразу в двух версиях, поскольку основаны на двух разных типах китайских ракет C-701 и TL-10A. Их дальность стрельбы составляет 15-20 км, а мощность боевой части – 29 кг.

Поскольку ВМС Исламской Республики Иран все больший акцент делают на развитие подводных лодок, то для вооружения субмарин была создана ПКР Jask-2, выстреливаемая из-под воды. Она создана специалистами Военно-морского университета имама Хомейни в Ношахре на базе противокорабельной ракеты Nasr-1. Впервые успешный подводный старт Jask-2 был осуществлен с борта сверхмалой подводной лодки типа Ghadir в феврале 2019 года во время учений Velayat 97. В 2020 году ракета была запущена в серийное производство. Она предназначена для использования в составе комплекса вооружения ДЭПЛ типов Ghadir и Fateh.

ПКР Jask-2 выстреливается подводной лодкой в капсуле. Когда она оказывается на поверхности, капсула сбрасывается и включается реактивный двигатель. Так же, как и у ПКР Nasr-1, дальность стрельбы Jask-2 составляет 35 км. В условиях Персидского залива и Ормузского пролива это весьма грозное оружие. Сейчас в Исламской Республике Иран ведутся опытно-конструкторские работы по более совершенной ПКР подводного базирования Jask-3 с улучшенными характеристиками, прежде всего увеличенной дальностью стрельбы.

Впечатленные успехами КНР по созданию противокорабельных баллистических ракет (ПКБР), против которых на сегодняшний день нет надежных средств защиты, за разработку ПКБР взялись и в Иране. Первым образцом стала квазибаллистическая ракета с весьма символическим  названием Khalij Fars, то есть «Персидский залив». Она является версией оперативно-тактической ракеты Fateh-110 Сухопутных войск Ирана. Ее длина – 8,86 м, диаметр корпуса – 0,61 м. Двигатель – одноступенчатый, твердотопливный. Масса боевой части 650 кг с системой уклонения от перехвата. Дальность стрельбы Khalij Fars – 300 км. Система наведения – инерциальная, с головкой самонаведения на конечном участке траектории. Ракета неоднократно запускалась на учениях и успешно поражала цели.

Дальнейшим развитием Khalij Fars стала ПКБР Hormuz-2 с повышенной точностью наведения и еще большей устойчивостью к помехам. Обе ракеты состоят на вооружении береговых частей КСИР.

Стоит заметить, что иранское противокорабельное оружие неоднократно использовалось, если не самими ВМС КСИР, то связанными с Корпусом зарубежными организациями. Так, 14 июля 2006 года базирующаяся в Ливане организация «Хезболла» атаковала в Средиземном море двумя ПКР Kowsar израильский корвет Hanit. Первая ракета взорвалась над палубой корабля, убив четверых моряков и нанеся серьезные повреждения корвету. Вторая на конечном участке перенавелась на находившееся рядом египетское каботажное судно и тоже повредила его.

1 октября 2016 года у йеменского порта Моха, что находится на аравийском берегу в 74 км к северу от Баб-эль-Мандебского пролива, хуситы, ведущие войну с правительственными войсками Йемена и поддерживающими их силами арабской коалиции, нанесли удар противокорабельной ракетой Noor по следовавшему в Аден скоростному транспортному катамарану Swift, арендованному государственной компанией National Marine Dredging Company из Объединенных Арабских Эмиратов у австралийской фирмы Incat. Cудно, сделанное из алюминия, загорелось как свечка. Оно не затонуло, но почти полностью выгорело.

3 октября 2016 года у Моха появилось соединение кораблей американского флота в составе ракетных эсминцев Mason (DDG 87) и Nitze (DDG 94) типа Arleigh Burke, а также так называемой передовой плавучей базы снабжения Ponce (AFSB(I)-15). Эта флотилия неспешно патрулировала у аравийского берега, словно провоцируя хуситов. И добилась своего. 9 октября около 19.00 местного времени со стороны берега эсминец Mason и плавбаза Ponce были атакованы двумя противокорабельными ракетами. На их перехват Mason выпустил две зенитные ракеты SM-2 и одну ESSM. Были также выстреляны ракеты постановки активных помех (РПАП) Nulka. В результате одна ПКР Noor была сбита американской ЗУР, а вторая, судя по всему, была отведена РПАП Nulka и упала в море. То есть атака была успешно отбита.

12 октября история повторилась. В 18.00 местного времени Mason и Ponce снова были атакованы со стороны берега двумя ПКР. И снова атака была отражена ЗУР американского эсминца. ПКР были сбиты на дальности около 13 км от американских кораблей. На следующие сутки около 21.00 эсминец Nitze пустил несколько крылатых ракет Tomahawk по трем радиолокационным станциям в районе Рас-Иса к северу от Моха, которые обеспечивали хуситам целеуказание для ракет Noor.

Все это, однако, не означает, что указанные ракеты совсем уж плохи. Тегеран поставляет своим зарубежным партнерам ПКР Noor вовсе не последних модификаций, а то и списанные в Иране образцы.

От «зеленой» воды – к «синей»

Если по принятой на Западе классификации «москитный флот» КСИР относятся к ВМС «бурой» воды, то есть предназначенными для действий в ближней прибрежной зоне, то регулярные Военно-морские силы Ирана рассчитаны на применение в «зеленых» водах – ближней морской зоне, к которой в случае с Ираном относятся Аравийское море и Оманский залив. Конечно, нет никаких ограничений для развертывания кораблей и подводных лодок иранских ВМС в Персидском заливе, равно как и катеров ВМС КСИР в акваториях Индийского океана. Но на практике такое разделение существует.

После завершения ирано-иракской войны, ВМС ИРИ нуждались в обновлении. Но из-за санкций, наложенных на Тегеран, дефицита финансовых ресурсов и отсутствия специалистов в судостроительной отрасли, сделать это оказалось непросто.

Но все-таки была осуществлена модернизация трех из четырех оставшихся в строю фрегатов типа Alvand. На них демонтировали пусковые установки итальянских противокорабельных ракет Sea Killer Mk2 и британских ЗРК обороны ближнего рубежа Sea Cat. Из прежнего вооружения остались 114-мм и 35-мм спаренные артиллерийские установки и противолодочный бомбомет Limbo. На кораблях появились четыре китайские ПКР C-802, которые позже заменили на Noor, два трехтрубных 324-мм противолодочных торпедных аппарата, два 20-мм автомата, два 81-мм миномета и два 12,7-мм пулемета.

В 2001 году на иранских верфях началось строительство для регулярных ВМС «эсминцев», как тогда их классифицировали, типа Moudge. В основе  конструкции – те же фрегаты типа Alvand. Водоизмещение – 1500 т, длина – 95 м, ширина – 11,1 м, осадка – 3,25 м, максимальная скорость хода – 30 узлов. То есть по своим характеристикам корабли соответствуют даже не современным фрегатам, а корветам. Вооружение тоже соответствующее: четыре ПКР Noor или Ghadir, четыре ЗУР средней дальности Mehrab, которые на дистанции до 45 км могут поражать не только воздушные, но и морские цели, два трехтрубных 324-мм противолодочных торпедных аппарата, 76-мм универсальная пушка, 40-мм автомат или многоствольный 30-мм автомат, два 20-мм автомата и два 12,7-мм пулемета. В кормовой части имеется площадка для базирования вертолета Bell 214 ASW.

Были заказаны семь фрегатов типа Moudge. Четыре ввели в строй, один из которых – Damavand – погиб во время шторма в Каспийском море. Три достраиваются.

Несмотря на свои скромные габариты, фрегат Sahand типа Moudge в сопровождении экспедиционного судна ВМС КСИР Makran в июне-июле 2021 года совершил дальний переход из главной иранской военно-морской базы Бендер-Аббас на берегу Персидского залива – в Санкт-Петербург, затем проделал столь же длительный обратный путь.

Корабли типа Moudge успешно действовали в районе Африканского Рога, где в течение нескольких лет боролись с пиратами. Участвуют они и в совместных российско-китайско-иранских военно-морских учениях в Аравийском море и Оманском заливе.

Помимо фрегатов для ВМС ИРИ строятся ракетные катера типа Sina – носители ПКР Noor. Они созданы на базе РКА проекта La Combattante IIa. При полном водоизмещении 265 т они развивают 35-узловую скорость хода и несут помимо ракет 76-мм пушку и 40-мм автомат. Из десяти заказанных РКА типа Sina в строю только пять. Так же, как и фрегаты типа Moudge, они строятся крайне медленно. Сказываются нехватка комплектующих, недостаток квалифицированных специалистов и финансирования.

Значительно более быстрыми темпами продвигается пополнение ВМС подводными лодками. В Тегеране быстро поняли, что они способны дать ответ ВМС США только ассиметричными средствами, поэтому, как отмечалось выше, ставка была сделана на развитие противокорабельных ракет и подводных лодок.

В 1991-1996 гг. на «Адмиралтейских верфях» в Санкт-Петербурге для ВМС Ирана были построены три дизель-электрические подводные лодки проекта 877ЭКМ, несмотря на то, что Вашингтон оказывал сильнейшее давление на Москву, дабы Россия отказалась от сделки. Они активно эксплуатировались. Например, ДЭПЛ Yunes под командованием Хусейна Хари «для сбора информации и идентификации кораблей других стран» впервые была развернута в Красном море. Субмарина установила национальный рекорд продолжительности нахождения в плавании – 66 суток.

Иранские ДЭПЛ проекта 877ЭКМ добирались до берегов Индии и Шри-Ланки, несли антипиратскую вахту в Аденском заливе. Им потребовались ремонты. В 2008 году головная субмарина в подсерии – Tareg – встала в сухой док в Бендер-Аббасе. Туда прибыли специалисты северодвинского судоремонтного завода «Звездочка». Однако в 2010 году после принятия Советом Безопасности ООН резолюции №1929, запрещавшей военно-техническое сотрудничество с Тегераном, российских ремонтников отозвали. Но иранские специалисты продолжили работы на Tareg. Лодка вернулась в строй в 2012 году.

ДЭПЛ проекта 877ЭКМ по-прежнему остаются главными боевыми единицами ВМС Ирана в дальней морской и океанских зонах. Но каково их техническое состояние, судить трудно. Сейчас, когда время санкций истекло, вероятно, Ираном будут предприняты шаги как по модернизации имеющихся субмарин, так и по приобретению новых подлодок.

Поскольку Иран не имел в условиях санкций возможности закупать большие субмарины, он активно взялся за строительство собственными силами сверхмалых подлодок. С 2015 года в состав ВМС Исламской Республики Иран поступают ДЭПЛ типа Ghadir подводным водоизмещением 125 т, длиной 29 м, шириной корпуса 9 м, способные передвигаться под водой со скоростью 8 узлов. Вооружение включает два торпедных аппарата, из которых можно стрелять 533-мм торпедами и противокорабельными ракетами Jask-2, а также ставить мины. Точное количество этих мини-субмарин неизвестно, но большинство зарубежных аналитиков считает, что их порядка 17-23 единиц. Данного количества достаточно, чтобы полностью остановить судоходство в Персидском заливе.

В Иране построены первые две ДЭПЛ типа Fateh («Завоеватель») подводным водоизмещением 593 т, длиной 48 м и 11-узловой скоростью подводного хода. Глубина их погружения – 250 м, дальность плавания – 3500 миль 8-узловым ходом под шноркелем. Вооружение состоит из четырех 533-мм торпедных аппаратов для стрельбы торпедами и ПКР Jask-2. Имеются места для размещения двух запасных торпед.

«Завоеватели» уже предназначены для действий не в Персидском заливе, а в Оманском заливе и Аравийском море. Они способны добираться и дальше. Как заявил недавно контр-адмирал Амир Растегари, возглавляющий Организацию морской промышленности Министерства обороны Ирана, в обозримом будущем страна будет строить 6000-тонные эсминцы и большие подводные лодки. Появлялась информация о намерении Тегерана создавать субмарины с ядерными силовыми установками.

Исламская Республика Иран, несомненно, движется в направлении флота «синей» воды, другими словами, океанского, что объясняется не только желанием «отодвинуть» США куда-нибудь подальше, но и создать противовес быстрорастущим ВМС соседних арабских государств.

Требуется реорганизация

Два года назад ВМС КСИР организовали в Ормузском проливе беспрецедентное шоу. Был построен огромный макет, напоминавшего по конструкции американский авианосец типа Nimitz, против которого была проведена показательная атака. Сначала по нему ударили ракетами вертолеты, затем – многочисленные катера. «Авианосец» загорелся, его взяли на абордаж. Хотя Вашингтон тогда выразил протест, однако на самом деле США и их союзников больше волнуют иные события. Это дальний поход фрегата Sahand и экспедиционного судна Makran летом 2021 года, которое привлекло пристальное внимание западных разведок. Перемещение этих двух иранских кораблей отслеживали чуть ли не в режиме реального времени.

После снятия санкций Тегеран получил возможность модернизировать все виды Вооруженных Сил, в том числе ВМС Ирана и ВМС КСИР. А они действительно нуждаются в обновлении. Устарели ракетные катера типа Tondar и им необходима замена. Для того, чтобы выйти в «синюю» воду, требуются корабли более крупного водоизмещения, нежели фрегаты (а по сути корветы) типа Moudge. Помимо противокорабельных ракет их необходимо оснастить эффективными ЗУР, так как без надежных средств ПВО/ПРО в дальней морской и океанских зонах делать нечего. Это относится и к средствам противолодочной обороны.

Обновление уже началось. Первыми к нему приступили ВМС КСИР. Сразу на трех верфях ведется строительство стелс-корветов катамаранного типа Shahid Soleimani. Головной корабль этой серии получил название в честь генерала Касема Сулеймани, отвечавшего в КСИР за разведку и специальные операции и погибшего на территории Ирака 3 января 2020 года от удара американского беспилотника. Корвет, по данным американских источников, при длине 65 м будет нести 8 скрытых в корпусе ПКР Noor или Ghadir, автоматическую пушку и сможет принимать вертолет. На верфи Qeshm Madkandaloo Shipbuilding Cooperative на острове Кешм в Ормузском проливе для ВМС КСИР также ведется строительство ракетного катера-катамарана. Его длина будет составлять около 50 м, а ширина – 14 м. Вооружение представлено четырьмя ПКР Noor или Ghadir. Вступление этих боевых единиц в строй Военно-морских сил КСИР позволит расширить зону их операционного развертывания за пределы Персидского залива.

К сожалению, ВМС Ирана несут потери из-за высокой аварийности, причем по самым разным причинам. Так, уже упоминавшийся фрегат Damavand погиб 10 января 2018 года, разбившись во время шторма о мол при заходе в военно-морскую базу Бендер-Энзели на Каспии. При этом два моряка погибли. С корабля, пока он не скрылся под волнами, успели снять кранами большую часть вооружения и электронного оснащения. Поскольку шторм не утихал несколько дней, надо полагать, от корпуса мало что осталось. Однако иранские власти заявили, что поднимут и отремонтируют корабль. Недавно на верфи в Бендер-Энзели действительно спустили на воду фрегат Damavand. Это новый корабль, на который установят часть спасенного вооружения и снаряжения с погибшего фрегата.

В мае 2020 года во время учебных стрельб ракета Noor, запущенная фрегатом Jamaran, поразила не мишень, а более крупную радиоконтрастную цель –большой ракетный катер Konarak, переоборудованный из пассажирско-грузового судна. Тогда погибли 19 моряков, а 15 получили ранения. Сам катер затонул.

В ночь на 2 июня 2021 года на рейде иранского порта Джаск загорелся крупнейший корабль ВМС ИРИ – судно снабжения Kharg полным водоизмещением 33540 т. Оно готовилось к дальнему учебному плаванию и на его борту находилось 400 членов экипажа и курсантов. Всех их удалось спасти, но Kharg полностью выгорел и затонул.

Наконец, 7 декабря 2021 года в сухом доке в Бендер-Аббас перевернулся строящийся на базе фрегата типа Moudge разведывательный корабль Talayieh. Погиб один военнослужащий. О причинах аварии ничего не сообщалось.

Из всего вышеуказанного следует, что иранским морякам и судостроителям следует повысить дисциплину, технику безопасности и военно-морскую культуру.

И еще обо одном обстоятельстве необходимо сказать особо. Разделение Военно-морских сил Ирана на две параллельные структуры усложняет управление ими и порождает ненужную конкуренцию, а в конечном счете – увеличивает затраты. Если вначале создание ВМС КСИР было объективно оправдано, то сегодня одновременное существование в Иране двух военно-морских структур выглядит спорным. И эту ситуацию рано или поздно  потребуется решать.