идет загрузка...
ENG
Поиск по сайту
Доклады

Каспийская организация сотрудничества – новый формат региональной интеграции

фото: d-cd.net
10 октября 2022

Каспийский экономический форум

С 5 по 6 октября 2022 года в Москве прошел второй Каспийский экономический форум (КЭФ), который является крупнейшей площадкой для обсуждения вопросов регионального сотрудничества. В ходе пленарного заседания выступили премьер-министр России Михаил Мишустин, премьер-министр Азербайджана Али Асадов, премьер-министр Казахстана Алихан Смаилов, первый вице-президент Ирана Мохаммад Мохбер, вице-премьер Туркменистана Ходжамурад Гельдымурадов. Участие во втором КЭФ приняли более 1000 делегатов из государств каспийской «пятерки», а также ряда дружественных стран – Беларуси, Кыргызстана и Узбекистана. Ранее российский президент Владимир Путин отметил важность проведения КЭФ в Москве и обозначил ключевые задачи для стран Прикаспия – наращивание торгово-инвестиционных связей, углубление взаимовыгодной промышленной и высокотехнологичной кооперации.

Напомним, что решение о создании КЭФ было принято лидерами каспийской «пятерки» (Россия, Азербайджан, Иран, Казахстан и Туркменистан) на V каспийском саммите 12 августа 2018 года в Актау. Изначально данный форум был нацелен на развитие торгово-экономических связей и транспортно-логистической инфраструктуры прикаспийских государств. Первый Каспийский экономический форум, который состоялся 11-12 августа 2019 года в Туркменбаши, подтвердил актуальность и востребованность такого формата. Второй КЭФ показал расширение круга задач торгово-экономического сотрудничества каспийской «пятерки», включая транспортную, энергетическую, туристическую и экологическую сферы и поставил вопрос о создании постоянно действующего координационного органа для интеграции стран Прикаспия.

В своем выступлении российский премьер Михаил Мишустин обратил внимание на тот факт, что сегодня Прикаспийский регион – один из самых динамично развивающихся экономических макрорегионов мира. К примеру, за прошедшие 20 лет совокупный ВВП там увеличился почти в три раза, а взаимная торговля – в пять раз. Только за минувшие пять лет доля стран Каспийского региона в мировом ВВП выросла до 3,6%. Взаимный товарооборот каспийской «пятерки» вырос в 1,5 раза, а по итогам прошлого года товарооборот России с прикаспийскими странами увеличился более чем на треть. Председатель правительства РФ особо подчеркнул огромное значение Каспия, находящегося на пересечении транспортных и энергетических артерий. Как отметил в финале своего выступления Михаил Мишустин, мир вступил в период трансформаций, которые носят фундаментальный характер: «Формируются новые центры развития, и один из них – это Каспийский регион». [1]

Предложения партнеров по каспийской «пятерке»

Премьер-министр Казахстана Алихан Смаилов подчеркнул, что уникальное географическое расположение Каспия играет важную роль в развитии международной торговли. Одним из ключевых направлений для приложения совместных усилий глава казахстанского правительства назвал развитие транспортной инфраструктуры, а среди важнейших направлений транзита обозначил коридор «Север – Юг». «Это кратчайший маршрут в страны Персидского залива. Казахстанский порт «Актау» может стать узловым на маршруте «Индия – страны Персидского залива – Иран – Казахстан – Россия», – считает Алихан Смаилов. Глава казахстанского кабмина акцентировал внимание на необходимости синхронного устранения «узких» мест на Транскаспийском международном транспортном маршруте, что необходимо для расширения грузопотоков между Европой, Центральной Азией и Китаем. Для этого потребуется координация усилий всех стран каспийской «пятерки» – как для разработки соответствующей дорожной карты, так и для совместной практической работы по развитию транзитных маршрутов на Каспии. [2]

Представители Азербайджана, Ирана и Туркменистана в своих выступлениях на КЭФ также поддержали развитие многостороннего сотрудничества на Каспии. Так, азербайджанский премьер-министр Али Асадов заявил, что сотрудничество с прикаспийскими государствами занимает особое место во внешнеполитической стратегии Азербайджана. К примеру, всего за 8 месяцев 2022 года торговый оборот Азербайджана со странами Каспийского региона увеличился более чем на 45%. Премьер-министр Азербайджана обратил особое внимание на сотрудничество в транспортно-транзитной сфере. Он отметил весомый вклад Баку в развитие международных транспортных коридоров (МТК) «Восток – Запад» и «Север – Юг», которые проходят через Каспий. «Так, за 8 месяцев текущего года транзитные грузоперевозки через нашу страну по коридору «Восток – Запад» увеличились на 20%, а по маршруту «Север – Юг» – на 33%», – сказал Али Асадов. Он подчеркнул, что сложившиеся новые реалии на Южном Кавказе позволяют расширить возможности транспортных путей в регионе, в этом смысле открытие Зангезурского коридора имеет весьма важное значение для всего Прикаспия. [3]

Вице-премьер туркменского правительства Ходжамырат Гельдымырадов призвал прикаспийские страны к сотрудничеству в сфере энергетики. По его словам, страны Каспия имеют огромные природные богатства и развитую топливно-энергетическую промышленность. «Так, добыча нефти в наших государствах в 2021 году составила 13,7 миллиона баррелей или 20% от мировой добычи. Добыча природного газа составила более 1 миллиарда кубометров или 26% от мирового объема. Страны региона вырабатывают 6% от мирового объема электроэнергетики», – подчеркнул представитель Туркменистана. По мнению Ашхабада, актуальным вопросом здесь остается повышение уровня координации межгосударственной деятельности, направленной на создание благоприятных условий для реализации совместных проектов в топливно-энергетической сфере. Туркменистан также выступает за устранение транспортных барьеров в прикаспийских странах и создание единой товаропроводящей системы. [4]

Итоги Каспийского экономического форума

Анализ выступлений глав правительств каспийской «пятерки» обнаруживает ряд ключевых тем для многостороннего сотрудничества на Каспии. Первая и самая важная задача – координация усилий по развитию транспортно-логистических возможностей. Регион Прикаспия должен стать одним из крупнейших в Евразии узлом трансконтинентальных перевозок. По экспертным оценкам, объем перевозок по коридору «Север – Юг» в прошлом году составил около 14 млн. тонн, но потенциал роста здесь огромен – практически двукратный к 2030 году. Вторая актуальная задача – переход стран Прикаспия на расчеты в национальных валютах, а также развитие независимой инфраструктуры финансов, включая создание общей платежной системы. К ней примыкает настоятельная необходимость всесторонней оценки санкционных рисков и выработки коллективного ответа на данные долгосрочные угрозы. Широкое поле для этого создает реализация совместных проектов в топливно-энергетической сфере.

Третья стратегическая задача для каспийской «пятерки» – углубление деловой кооперации и формирование новых производственных цепочек. Каждая из стран Прикаспия сейчас проводит новую индустриализацию, стремится преодолеть зависимость от импортной продукции и санкционных ограничений Запада. У ряда стран, таких как Россия, Казахстан и Туркменистан, уже есть национальные программы по импортозамещению, а Иран обладает уникальным опытом по обходу санкций. Только совместными усилиями всей «пятерки» можно построить стабильную экономику макрорегиона, резистентную к внешним воздействиям.

Четвертая важная задача – развитие сферы туризма на Каспии, которая сможет принимать не менее 1 миллиона путешественников ежегодно. Тут будет востребован туркменский опыт по созданию курортной зоны Аваза и новые предложения Азербайджана по созданию круизных линий на Каспии.

Пятая общая задача – экология уникального региона, здесь нужны общие активные усилия по минимизации негативного воздействия на окружающую среду. Отметим, что в октябре с.г. планируется проведение в Баку 6-й конференции сторон Рамочной конвенции по защите морской окружающей среды Каспийского моря.

По итогам Каспийского экономического форума было подписано совместное коммюнике, в котором зафиксированы ориентиры для дальнейшей работы в рамках пятистороннего сотрудничества. Руководители делегаций подтвердили свою заинтересованность в налаживании взаимодействия прикаспийских государств с целью увеличения объемов торгового оборота и взаимных инвестиций, особо подчеркнули важность развития сотрудничества по линии промышленности. Страны «пятерки» констатировали, что «только многостороннее сотрудничество на Каспии позволит нивелировать негативные последствия для экономик прикаспийских государств, вызванные пандемией и турбулентностью мировых экономических процессов». Была отмечена важность взаимодействия стран-участников Каспийского экономического форума в области развития международных транспортных коридоров, в том числе МТК «Север – Юг».

В итоговом документе подтверждается приверженность региональных государств общей позиции, что Каспийское море является морем мира, дружбы и сотрудничества и все вопросы, связанные с Каспием, решаются мирными средствами и путем диалога. Участники договорились, что следующий аналогичный форум пройдет в 2023 году в Иране. В этой связи особого внимания заслуживает заявление Мохамммада Мохбера, первого вице-президента Ирана, который предложил создать общую экономическую зону в Прикаспийском регионе. Данная инициатива крайне важна по двум причинам. Во-первых, она исходит от иранской стороны, которая ранее довольно сдержанно относилась к интеграционным инициативам на Каспии. И во-вторых, это отражает общее мнение участников КЭФ о необходимости скорейшего перехода от прежней практики протокольных встреч и разговорных форматов к полноценному практическому сотрудничеству в рамках единой и влиятельной организации. Иначе все интересные деловые предложения, высказанные с трибуны КЭФ, так и останутся в рамках простого обмена мнениями, а не трансформируются в конкретные проекты и поручения правительства.

Поиски интеграционного формата на Каспии

По сути, заявление первого вице-президента Ирана Мохамммада Мохбера о необходимости создать общую экономическую зону в Прикаспии может стать переломным моментом в истории макрорегиона. Оно обозначает смену политических вех – от сложившейся политики дележа границ и ресурсов Каспийского моря пришла пора перейти к активному сотрудничеству по взаимному освоению всего богатейшего потенциала региона. Напомним, что до распада СССР Каспийское море было фактически «внутренним озером» двух стран – СССР и Ирана, поэтому весь комплекс отношений по Каспию регулировался двусторонними советско-иранскими договорами. После 1991 года прикаспийских государств стало уже пять: Россия, Азербайджан, Иран, Туркмения и Казахстан. Трудные переговоры между ними о порядке использования ресурсов Каспия, о судоходстве и прочим вопросам длились почти три десятилетия.

Ровно 30 лет назад – в октябре 1992 года – в Тегеране состоялась первая встреча глав государств и правительств стран Каспия. На ней, среди прочих тем, обсуждалась возможность создания Организации каспийского экономического сотрудничества. Рассматривались перспективы учреждения таких необходимых структур, как Каспийская межгосударственная нефтяная компания, Каспийский межгосударственный банк экономического сотрудничества, Каспийский банк развития, Центр каспийских экономических и политических исследований, Центр исследований в сфере биоресурсов Каспийского моря. Все эти важные интеграционные инициативы тогда не были реализованы, в том числе из-за особой позиции Ирана и неурегулированности правового статуса Каспийского моря. Теперь пришло время вновь вернуться к этим отложенным темам, но на новом витке политического и экономического сотрудничества стран Прикаспия.

Как известно, переговоры между странами «пятерки» о новом статусе Каспия завершились подписанием в 2018 году международной Конвенции на V Каспийском саммите в Актау. Скажем прямо, V Каспийский саммит де-факто завершил историческую миссию по разделу советского наследия. Именно тогда были определены базовые основы по правовому статусу Каспия. К примеру, был принят важнейший принцип неучастия внешних сил в обеспечении безопасности на Каспии. В целом разделены зоны национальных интересов, определены механизмы реализации совместных проектов на условиях двусторонних договоренностей. Экология Каспия стала важным фактором контроля за экономической деятельностью на море, а также точкой объединения сил каспийской «пятерки». По мнению большинства экспертов, существующая Конвенция в отношении Каспийского моря позволяет странам-участникам конструктивно сотрудничать, а некоторые правовые лакуны будут постепенно заполняться при повседневной практике.

Теперь от стадии цивилизованного развода пора перейти к конструктивному сотрудничеству на всем ареале Прикаспия. Этот назревший переход диктуют два ключевых фактора – заметно обострившая геополитическая обстановка в Евразии и изменение геоэкономического значения самого Каспия. Если раньше Каспийский регион был важен как источник добычи нефти и газа, то теперь на первый план выходит его транзитный потенциал. Каспий – это стратегический перекресток транзитных коридоров «Восток – Запад» и «Север – Юг», важнейший узел военно-политической стабильности Евразии, точка сборки и приложения сил для многих стран нашего континента. Украинский кризис и беспрецедентные санкции Запада кардинально изменили геополитическую обстановку в регионе Прикаспия. По сути, объявленная западной коалицией тотальная война на удушение заставляет решительно пересмотреть прежнюю стратегию России по Каспию и сделать ставку на ускорение интеграционных процессов в макрорегионе.

В преддверии VI Каспийского саммита в Ашхабаде активно обсуждалась назревшая проблема повышения эффективности существующих структур и механизмов сотрудничества на Каспии, чтобы выстроить их в единую региональную систему. Российская дипломатия тогда предложила создание «гибкого пятистороннего форума – Каспийского совета, который функционировал бы без секретариата и иных бюрократических надстроек». Эта идея российского МИДа прорабатывалась на экспертном уровне и была озвучена в Ашхабаде. Некоторые участники саммита, включая казахстанского президента Касым-Жомарта Токаева, поддержали шаги по институционализации пятистороннего взаимодействия. Однако данная инициатива МИД РФ не получила широкого одобрения у всех сторон. Прежде всего, из-за аморфного формата предлагаемой организации – «без секретариата и иных бюрократических надстроек» – и, как следствие, без реальных полномочий и рычагов влияния. В условиях быстрых политических перемен и экономической турбулентности, странами «пятерки», очевидно, будет востребован иной, более результативный формат сотрудничества на Каспии, который позволит оперативно согласовывать позиции, расшить «узкие» места, объединить ресурсы для практического решения имеющихся проблем.

Каспийская организация сотрудничества

На наш взгляд, лидерам каспийской «пятерки» следует рассмотреть возможность создания Каспийской организации сотрудничества (КОС) как полноценной структуры для всеобъемлющей региональной интеграции. Главная цель такой организации – совместное решение общих стратегических задач в регионе Каспия и содействие экономическому развитию макрорегиона. Среди них – рациональное использование природных ресурсов Каспийского моря; решение общих проблем экологии; построение новой инфраструктуры транзита, как для энергоносителей, так и для грузоперевозок. Помимо чисто экономических задач, Каспийская организация сотрудничества могла бы решать своими силами основные проблемы безопасности Каспия: среди них – защита критической инфраструктуры с использованием совместной системы ПВО; создание основ коллективной безопасности; проведение совместных антитеррористических и спасательных учений; укрепление режима взаимного доверия и постоянный мониторинг обстановки на Каспии.

Успех новой организации будет определяться сложением существующих потенциалов стран-участников и нарастающей синергией совместных проектов, где каждый из участников будет достойно представлен и голос каждого будет учтен. Штаб-квартиру Каспийской организации сотрудничества целесообразно разместить в Баку – единственной столице стран «пятерки», расположенной непосредственно на побережье Каспийского моря, что имеет важное политическое и символическое значение. Следует также учесть, что Баку имеет опыт успешного проведения крупнейших международных саммитов и форумов высшего уровня. Архитектура города сочетает бережно сохраненные архитектурные памятники былых эпох с ультрасовременными зданиями и сооружениями, которые сделали бы честь любой мировой столице. Баку – это «визитная карточка» Каспийского региона, имеет всю необходимую деловую и финансовую инфраструктуру, а также международный аэропорт. Там же, в Баку, мог бы находиться центр системы экологического мониторинга Каспийского моря.

Отметим, что пятисторонний формат сотрудничества и правило консенсуса при принятии решений уже сложились естественным образом – в силу политико-географического фактора и потребностей в обеспечении совместного освоения ресурсов Каспия. По этой причине членами КОС станут, прежде всего, все страны прикаспийской «пятерки», а в дальнейшем круг участников может быть расширен за счет кооптации стран-наблюдателей. Среди них – крупные игроки в Евразии, имеющие прямой интерес в реализации новых проектов на Каспии – такие как Турция, Китай, Индия. Возможно также конструктивное участие тех стран Южной Европы, которые уже участвуют в каспийских энергетических проектах, например Италии. По мере роста транзитных проектов к КОС могут подключиться и другие региональные партнеры – Пакистан, Афганистан, а также соседние страны Центральной Азии – Узбекистан, Киргизия, Таджикистан и ряд заинтересованных членов ЕАЭС – например Белоруссия.

В самой ближайшей перспективе Каспийская организация сотрудничества может стать влиятельным международным актором. Примером тут служит судьба Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которая из скромной региональной площадки по делимитации границ и разделу спорных территорий превратилась в важнейшего мирового игрока. ШОС теперь гарантирует совместное обеспечение и поддержание мира в обширном регионе, обеспечивает реализацию целого ряда международных проектов в рамках инициативы «Один пояс – один путь». Отметим, что регион Каспия сегодня является важнейшим узлом геополитики и центром притяжения значительного числа транзитных и геоэкономических проектов, поэтому имеет мощный потенциал для быстрого роста своего международного влияния.

Транспортные коридоры

Транзитное значение самого Каспия и прикаспийского региона исключительно велико и в дальнейшем будет только возрастать. Это связано с целым рядом объективных факторов. Во-первых, экономический рост стран Азии, становление Китая и Индии как глобальных игроков уже привело многократному увеличению товарных потоков в Евразии и необходимости создания новых транспортных коридоров. Во-вторых, развитие контейнерных перевозок и современных портов на Каспии сделало мультимодальные перевозки конкурентоспособными по скорости и цене. В-третьих, после закрытия для российского грузового флота европейских портов и других санкционных ограничений, товарные потоки неуклонно разворачиваются на Восток. По мнению российского руководства, именно Каспий может стать «новыми воротами для российского экспорта и импорта», поэтому президент России придает особое значению развитию транзитной инфраструктуры в Прикаспии.

Каспийский регион сегодня становится точкой пересечения основных евразийских торговых путей: Восток – Запад и Север – Юг. В этом заключается современное геостратегическое значение сравнительно небольшого Каспия, не уступающее по важности его природным ресурсам. В новой политической реальности Россия намерена уделять внимание всем прикаспийским транзитным проектам. Это расширение морского транзита через Каспий с модернизацией портов, увеличение пропускной способности железнодорожных маршрутов по обеим берегам Каспия. А также Россия готова способствовать запуску новых маршрутов, которые способны сыграть значительную роль в развитии региональной инфраструктуры. Например, создание Зангезурского коридора, который должен  иметь прямой выход на Турцию и на транспортный коридор «Север – Юг».

Западные аналитики полагают, что вскоре между прикаспийскими странами развернется острая конкурентная борьба за грузовые потоки, особенно транзитные. В перспективе это приведет к столкновениям на Каспии и даже к дестабилизации всего региона. Создание  Каспийской организации сотрудничества полностью снимает эту угрозу, поскольку предполагает переход стран-участниц к политике взаимного сотрудничества вместо лобовой конкуренции. Дополнительную стабилизирующую роль сыграет участие наблюдателей в работе КОС, таких, как Турция, Индия и Китай. Эти страны – лидеры отправки и доставки грузов – кровно заинтересованы в безопасности каспийского транзита, следовательно, в стабильности и благополучии всей транзитной территории Прикаспия.

Каспийская организация сотрудничества способна в полной мере реализовать стратегический замысел о создании системы «транспортной олигополии» в Евразии. Российский геополитик Вадим Цымбурский в конце 90-х годов предлагал образовать подобную транспортно-коммуникационную систему, имеющую в основании не конкуренцию маршрутов, а взаимную зависимость. По его замыслу, Россия просто обязана идти на сближение с Турцией, Китаем и Ираном, закрепив этот тренд стратегическим соглашением о масштабных геоэкономических и транспортных проектах. [5]

Такая совокупность транзитных путей в конечном итоге даст взаимный выигрыш и приведет к позитивной взаимозависимости всех стран прикаспийского региона. Никто из участников Каспийской организации сотрудничества не захочет конкурировать или воевать, потому что другие партнеры могут перенаправить грузопотоки по альтернативному маршруту, быстро перекоммутировав логистику. В практическом плане «транспортная олигополия» имеет большую эффективность по переброске грузов и обладает дополнительной защитой от санкционного давления, что крайне важно в современной международной обстановке.

Геоэкономика вместо геополитики

Сегодня мы наблюдаем острый кризис существующего миропорядка, частным проявлением которого являются известные события на Украине. Происходит фактический развал самой идеи глобализма, на смену которому приходит регионализм. Отдельные макрорегионы планеты обособляются – экономически, технологически и оборонно; стараются выжить самостоятельно, как отсеки в тонущей подлодке. Геостратегия России в условиях длительного противостояния с Западом проявляется в ряде связанных элементов: в сохранении своего цивилизационного ядра; в укреплении связей с надежными союзниками, прежде всего, со своими соседями; в умении создавать новые стратегические союзы и реализовывать тактические альянсы. Создание Каспийской организации сотрудничества полностью отвечает такому подходу, поскольку КОС представляет собой новый стратегический союз на длительную перспективу.

В  изменившихся политических условиях Россия должна сменить свою текущую стратегию на Каспии – вместо геополитики сдерживания приходит время геоэкономики сотрудничества. В чем состоит коренное отличие геополитики от геоэкономики? Геополитика предполагает способы превращения географических структур в политические, в том числе – в государства. Её предметом является политическая расчистка пространств для новых построений, в частности – переработка слабых и несостоявшихся государств в открытые переделам населенные территории. Однако современные методы ведения войны и санкционные издержки могут сделать геополитическую и военную победу воистину пирровой. Расчищенная территория может превратиться в социальную и экономическую пустыню, восстановление которой потребует значительного времени и затрат.

Геоэкономика – иная отрасль политического проектирования, которая имеет дело не с территориями, а с разного рода ресурсными потоками. Её задача – регулировать транзитные и ресурсные потоки, как ненасильственными, так и, при необходимости, – насильственными способами. С той понятной целью, чтобы подорвать мощь враждебных государств и иных политических субъектов или, напротив, чтобы усилить собственные мировые позиции и позиции своих союзников. Создание Каспийской организации сотрудничества целиком находится в русле геоэкономической стратегии взаимного выигрыша – как по совместному освоению ресурсов Каспия, так и по формированию транспортных коридоров. Такой подход делает территорию Каспия не зоной потенциального конфликта и предметом дележа, но местом реализации взаимовыгодных проектов.

Стратегия взаимного выигрыша

Со своей стороны страны-участники Каспийской организации сотрудничества  в рамках стратегии «win-win» могут использовать все геостратегические преимущества России. О чем идет речь? Во-первых, это обеспечение комплексной безопасности и защитного «зонтика» в целом на Каспии. Во-вторых, гарантии стабилизации для конкретных политических режимов стран Прикаспия. В-третьих, значительные финансовые и практически неограниченные ресурсные возможности России. В-четвертых, сильную мотивацию в реализации новых проектов как средства выхода из-под режима эмбарго и транспортной блокады. В-пятых, транзитные возможности большой территории – от Севера и Юга и до Востока и Запада.

Важно, что Россия – это крупный мировой актор и постоянный член Совета Безопасности ООН с правом вето, в отличие от других сугубо региональных стран Прикаспия. Москва может говорить одинаково ровно с соперничающими странами – Турцией и Ираном, Индией и Китаем, которые не могут напрямую договориться между собой. Поэтому российская роль модератора прикаспийских проектов весьма ценна и значима. Еще один весомый фактор: помимо позитивных поощрений, Россия в своем арсенале имеет и негативные санкции – всегда может призвать к ответу за несоблюдение договоренностей или приструнить зарвавшегося игрока.

Необходимо, чтобы Россия рассматривала создание Каспийской организации сотрудничества не как сиюминутный пиар-ход или очередную политическую акцию, а как формирование эффективного инструмента на длительную стратегическую перспективу. Поэтому с самого начала следует заложить в устав КОС стратегические задачи разных уровней.

Первая или среднесрочная (3-5 лет) – «геоэкономический щит». Это выход из надвигающейся транспортной блокады, а также угрозы нефтяного и газового эмбарго – через реализацию совместной транспортной и энергетической политики, осуществление быстрых инфраструктурных проектов типа расшивки существующих узких мест, комплексный анализ потенциала Прикаспия. Долгосрочная (5-10 лет) – «геоэкономический меч». Это формирование новой политической и экономической реальности и нахождение достойного места в изменившемся мире – через реализацию стратегии «транспортной олигополии», формирование нового энергетического порядка, превращение Каспия в транзитное и энергетическое сердце Евразии.

Уверены, что создание Каспийской организации сотрудничества отвечает коренным интересам всех стран-участниц каспийской «пятерки», это даст новый импульс к всестороннему развитию макрорегиона и станет в итоге знаковым событием в новейшей истории Прикаспия.

1. Мишустин примет участие в работе Второго Каспийского экономического форума. Правительство России, 06.10.2022. http://government.ru/news/46720/

2. Прикаспийская «пятерка» примет дорожную карту развития транзитных маршрутов. КАЗИНФОРМ, 06.10.2022. https://www.inform.kz/ru/prikaspiyskaya-pyaterka-primet-dorozhnuyu-kartu-razvitiya-tranzitnyh-marshrutov_a3987585

3. Торговый оборот Азербайджана со странами Каспийского региона увеличился более чем на 45%. Salamnews, 06.10.2022. http://www.salamnews.org/ru/news/read/474851

4. Второй Каспийский экономический форум в Москве – Итоги. News Central Asia, 07.10.2022. http://www.newscentralasia.net/2022/10/07/vtoroy-kaspiyskiy-ekonomicheskiy-forum-v-moskve-itogi/

5. В.Л. Цымбурский. «Геополитика для евразийской Атлантиды»: «Транспортная олигополия способна стать основой для далеко идущего сближения позиций России, Китая и Ирана по вопросам безопасности в постсоветской Центральной Азии и во всем околокаспийском пространстве - вплоть до выработки общей стратегии в духе «сотрудничества цивилизаций», соприкасающихся с данными секторами Лимитрофа. Речь шла бы при этом не об «антиатлантистском» союзе с сомнительной идеальной целью восстановить мировой баланс, а о договоре с прочной геоэкономической подоплекой, которая подкрепила бы общий негативный интерес, - неприятие любой четвертой силы, стремящейся внедриться в Хартленд». https://archipelag.ru/geopolitics/osnovi/russia/geopolitics/

16+
Россия, 127015, Москва, ул. Новодмитровская,
дом 2, корпус 2, этаж 5, пом. XXIVд, офис 4.
Бизнес-центр «Савеловский Сити», башня Davis
Тел. +7 (495) 767-81-36
Тел./Факс: +7 (495) 783-68-27
E-mail: info@caspian.institute
Правовая информация
Все права на материалы, опубликованные на сайте, принадлежат Каспийскому институту стратегических исследований. Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе в электронных СМИ, возможно только при наличии обязательной ссылки на КИСИ.
© 2022, Каспийский институт стратегических исследований
наверх
Каспийский институт стратегический исследований
Доклады

Каспийская организация сотрудничества – новый формат региональной интеграции

фото: d-cd.net
10 октября 2022

Каспийский экономический форум

С 5 по 6 октября 2022 года в Москве прошел второй Каспийский экономический форум (КЭФ), который является крупнейшей площадкой для обсуждения вопросов регионального сотрудничества. В ходе пленарного заседания выступили премьер-министр России Михаил Мишустин, премьер-министр Азербайджана Али Асадов, премьер-министр Казахстана Алихан Смаилов, первый вице-президент Ирана Мохаммад Мохбер, вице-премьер Туркменистана Ходжамурад Гельдымурадов. Участие во втором КЭФ приняли более 1000 делегатов из государств каспийской «пятерки», а также ряда дружественных стран – Беларуси, Кыргызстана и Узбекистана. Ранее российский президент Владимир Путин отметил важность проведения КЭФ в Москве и обозначил ключевые задачи для стран Прикаспия – наращивание торгово-инвестиционных связей, углубление взаимовыгодной промышленной и высокотехнологичной кооперации.

Напомним, что решение о создании КЭФ было принято лидерами каспийской «пятерки» (Россия, Азербайджан, Иран, Казахстан и Туркменистан) на V каспийском саммите 12 августа 2018 года в Актау. Изначально данный форум был нацелен на развитие торгово-экономических связей и транспортно-логистической инфраструктуры прикаспийских государств. Первый Каспийский экономический форум, который состоялся 11-12 августа 2019 года в Туркменбаши, подтвердил актуальность и востребованность такого формата. Второй КЭФ показал расширение круга задач торгово-экономического сотрудничества каспийской «пятерки», включая транспортную, энергетическую, туристическую и экологическую сферы и поставил вопрос о создании постоянно действующего координационного органа для интеграции стран Прикаспия.

В своем выступлении российский премьер Михаил Мишустин обратил внимание на тот факт, что сегодня Прикаспийский регион – один из самых динамично развивающихся экономических макрорегионов мира. К примеру, за прошедшие 20 лет совокупный ВВП там увеличился почти в три раза, а взаимная торговля – в пять раз. Только за минувшие пять лет доля стран Каспийского региона в мировом ВВП выросла до 3,6%. Взаимный товарооборот каспийской «пятерки» вырос в 1,5 раза, а по итогам прошлого года товарооборот России с прикаспийскими странами увеличился более чем на треть. Председатель правительства РФ особо подчеркнул огромное значение Каспия, находящегося на пересечении транспортных и энергетических артерий. Как отметил в финале своего выступления Михаил Мишустин, мир вступил в период трансформаций, которые носят фундаментальный характер: «Формируются новые центры развития, и один из них – это Каспийский регион». [1]

Предложения партнеров по каспийской «пятерке»

Премьер-министр Казахстана Алихан Смаилов подчеркнул, что уникальное географическое расположение Каспия играет важную роль в развитии международной торговли. Одним из ключевых направлений для приложения совместных усилий глава казахстанского правительства назвал развитие транспортной инфраструктуры, а среди важнейших направлений транзита обозначил коридор «Север – Юг». «Это кратчайший маршрут в страны Персидского залива. Казахстанский порт «Актау» может стать узловым на маршруте «Индия – страны Персидского залива – Иран – Казахстан – Россия», – считает Алихан Смаилов. Глава казахстанского кабмина акцентировал внимание на необходимости синхронного устранения «узких» мест на Транскаспийском международном транспортном маршруте, что необходимо для расширения грузопотоков между Европой, Центральной Азией и Китаем. Для этого потребуется координация усилий всех стран каспийской «пятерки» – как для разработки соответствующей дорожной карты, так и для совместной практической работы по развитию транзитных маршрутов на Каспии. [2]

Представители Азербайджана, Ирана и Туркменистана в своих выступлениях на КЭФ также поддержали развитие многостороннего сотрудничества на Каспии. Так, азербайджанский премьер-министр Али Асадов заявил, что сотрудничество с прикаспийскими государствами занимает особое место во внешнеполитической стратегии Азербайджана. К примеру, всего за 8 месяцев 2022 года торговый оборот Азербайджана со странами Каспийского региона увеличился более чем на 45%. Премьер-министр Азербайджана обратил особое внимание на сотрудничество в транспортно-транзитной сфере. Он отметил весомый вклад Баку в развитие международных транспортных коридоров (МТК) «Восток – Запад» и «Север – Юг», которые проходят через Каспий. «Так, за 8 месяцев текущего года транзитные грузоперевозки через нашу страну по коридору «Восток – Запад» увеличились на 20%, а по маршруту «Север – Юг» – на 33%», – сказал Али Асадов. Он подчеркнул, что сложившиеся новые реалии на Южном Кавказе позволяют расширить возможности транспортных путей в регионе, в этом смысле открытие Зангезурского коридора имеет весьма важное значение для всего Прикаспия. [3]

Вице-премьер туркменского правительства Ходжамырат Гельдымырадов призвал прикаспийские страны к сотрудничеству в сфере энергетики. По его словам, страны Каспия имеют огромные природные богатства и развитую топливно-энергетическую промышленность. «Так, добыча нефти в наших государствах в 2021 году составила 13,7 миллиона баррелей или 20% от мировой добычи. Добыча природного газа составила более 1 миллиарда кубометров или 26% от мирового объема. Страны региона вырабатывают 6% от мирового объема электроэнергетики», – подчеркнул представитель Туркменистана. По мнению Ашхабада, актуальным вопросом здесь остается повышение уровня координации межгосударственной деятельности, направленной на создание благоприятных условий для реализации совместных проектов в топливно-энергетической сфере. Туркменистан также выступает за устранение транспортных барьеров в прикаспийских странах и создание единой товаропроводящей системы. [4]

Итоги Каспийского экономического форума

Анализ выступлений глав правительств каспийской «пятерки» обнаруживает ряд ключевых тем для многостороннего сотрудничества на Каспии. Первая и самая важная задача – координация усилий по развитию транспортно-логистических возможностей. Регион Прикаспия должен стать одним из крупнейших в Евразии узлом трансконтинентальных перевозок. По экспертным оценкам, объем перевозок по коридору «Север – Юг» в прошлом году составил около 14 млн. тонн, но потенциал роста здесь огромен – практически двукратный к 2030 году. Вторая актуальная задача – переход стран Прикаспия на расчеты в национальных валютах, а также развитие независимой инфраструктуры финансов, включая создание общей платежной системы. К ней примыкает настоятельная необходимость всесторонней оценки санкционных рисков и выработки коллективного ответа на данные долгосрочные угрозы. Широкое поле для этого создает реализация совместных проектов в топливно-энергетической сфере.

Третья стратегическая задача для каспийской «пятерки» – углубление деловой кооперации и формирование новых производственных цепочек. Каждая из стран Прикаспия сейчас проводит новую индустриализацию, стремится преодолеть зависимость от импортной продукции и санкционных ограничений Запада. У ряда стран, таких как Россия, Казахстан и Туркменистан, уже есть национальные программы по импортозамещению, а Иран обладает уникальным опытом по обходу санкций. Только совместными усилиями всей «пятерки» можно построить стабильную экономику макрорегиона, резистентную к внешним воздействиям.

Четвертая важная задача – развитие сферы туризма на Каспии, которая сможет принимать не менее 1 миллиона путешественников ежегодно. Тут будет востребован туркменский опыт по созданию курортной зоны Аваза и новые предложения Азербайджана по созданию круизных линий на Каспии.

Пятая общая задача – экология уникального региона, здесь нужны общие активные усилия по минимизации негативного воздействия на окружающую среду. Отметим, что в октябре с.г. планируется проведение в Баку 6-й конференции сторон Рамочной конвенции по защите морской окружающей среды Каспийского моря.

По итогам Каспийского экономического форума было подписано совместное коммюнике, в котором зафиксированы ориентиры для дальнейшей работы в рамках пятистороннего сотрудничества. Руководители делегаций подтвердили свою заинтересованность в налаживании взаимодействия прикаспийских государств с целью увеличения объемов торгового оборота и взаимных инвестиций, особо подчеркнули важность развития сотрудничества по линии промышленности. Страны «пятерки» констатировали, что «только многостороннее сотрудничество на Каспии позволит нивелировать негативные последствия для экономик прикаспийских государств, вызванные пандемией и турбулентностью мировых экономических процессов». Была отмечена важность взаимодействия стран-участников Каспийского экономического форума в области развития международных транспортных коридоров, в том числе МТК «Север – Юг».

В итоговом документе подтверждается приверженность региональных государств общей позиции, что Каспийское море является морем мира, дружбы и сотрудничества и все вопросы, связанные с Каспием, решаются мирными средствами и путем диалога. Участники договорились, что следующий аналогичный форум пройдет в 2023 году в Иране. В этой связи особого внимания заслуживает заявление Мохамммада Мохбера, первого вице-президента Ирана, который предложил создать общую экономическую зону в Прикаспийском регионе. Данная инициатива крайне важна по двум причинам. Во-первых, она исходит от иранской стороны, которая ранее довольно сдержанно относилась к интеграционным инициативам на Каспии. И во-вторых, это отражает общее мнение участников КЭФ о необходимости скорейшего перехода от прежней практики протокольных встреч и разговорных форматов к полноценному практическому сотрудничеству в рамках единой и влиятельной организации. Иначе все интересные деловые предложения, высказанные с трибуны КЭФ, так и останутся в рамках простого обмена мнениями, а не трансформируются в конкретные проекты и поручения правительства.

Поиски интеграционного формата на Каспии

По сути, заявление первого вице-президента Ирана Мохамммада Мохбера о необходимости создать общую экономическую зону в Прикаспии может стать переломным моментом в истории макрорегиона. Оно обозначает смену политических вех – от сложившейся политики дележа границ и ресурсов Каспийского моря пришла пора перейти к активному сотрудничеству по взаимному освоению всего богатейшего потенциала региона. Напомним, что до распада СССР Каспийское море было фактически «внутренним озером» двух стран – СССР и Ирана, поэтому весь комплекс отношений по Каспию регулировался двусторонними советско-иранскими договорами. После 1991 года прикаспийских государств стало уже пять: Россия, Азербайджан, Иран, Туркмения и Казахстан. Трудные переговоры между ними о порядке использования ресурсов Каспия, о судоходстве и прочим вопросам длились почти три десятилетия.

Ровно 30 лет назад – в октябре 1992 года – в Тегеране состоялась первая встреча глав государств и правительств стран Каспия. На ней, среди прочих тем, обсуждалась возможность создания Организации каспийского экономического сотрудничества. Рассматривались перспективы учреждения таких необходимых структур, как Каспийская межгосударственная нефтяная компания, Каспийский межгосударственный банк экономического сотрудничества, Каспийский банк развития, Центр каспийских экономических и политических исследований, Центр исследований в сфере биоресурсов Каспийского моря. Все эти важные интеграционные инициативы тогда не были реализованы, в том числе из-за особой позиции Ирана и неурегулированности правового статуса Каспийского моря. Теперь пришло время вновь вернуться к этим отложенным темам, но на новом витке политического и экономического сотрудничества стран Прикаспия.

Как известно, переговоры между странами «пятерки» о новом статусе Каспия завершились подписанием в 2018 году международной Конвенции на V Каспийском саммите в Актау. Скажем прямо, V Каспийский саммит де-факто завершил историческую миссию по разделу советского наследия. Именно тогда были определены базовые основы по правовому статусу Каспия. К примеру, был принят важнейший принцип неучастия внешних сил в обеспечении безопасности на Каспии. В целом разделены зоны национальных интересов, определены механизмы реализации совместных проектов на условиях двусторонних договоренностей. Экология Каспия стала важным фактором контроля за экономической деятельностью на море, а также точкой объединения сил каспийской «пятерки». По мнению большинства экспертов, существующая Конвенция в отношении Каспийского моря позволяет странам-участникам конструктивно сотрудничать, а некоторые правовые лакуны будут постепенно заполняться при повседневной практике.

Теперь от стадии цивилизованного развода пора перейти к конструктивному сотрудничеству на всем ареале Прикаспия. Этот назревший переход диктуют два ключевых фактора – заметно обострившая геополитическая обстановка в Евразии и изменение геоэкономического значения самого Каспия. Если раньше Каспийский регион был важен как источник добычи нефти и газа, то теперь на первый план выходит его транзитный потенциал. Каспий – это стратегический перекресток транзитных коридоров «Восток – Запад» и «Север – Юг», важнейший узел военно-политической стабильности Евразии, точка сборки и приложения сил для многих стран нашего континента. Украинский кризис и беспрецедентные санкции Запада кардинально изменили геополитическую обстановку в регионе Прикаспия. По сути, объявленная западной коалицией тотальная война на удушение заставляет решительно пересмотреть прежнюю стратегию России по Каспию и сделать ставку на ускорение интеграционных процессов в макрорегионе.

В преддверии VI Каспийского саммита в Ашхабаде активно обсуждалась назревшая проблема повышения эффективности существующих структур и механизмов сотрудничества на Каспии, чтобы выстроить их в единую региональную систему. Российская дипломатия тогда предложила создание «гибкого пятистороннего форума – Каспийского совета, который функционировал бы без секретариата и иных бюрократических надстроек». Эта идея российского МИДа прорабатывалась на экспертном уровне и была озвучена в Ашхабаде. Некоторые участники саммита, включая казахстанского президента Касым-Жомарта Токаева, поддержали шаги по институционализации пятистороннего взаимодействия. Однако данная инициатива МИД РФ не получила широкого одобрения у всех сторон. Прежде всего, из-за аморфного формата предлагаемой организации – «без секретариата и иных бюрократических надстроек» – и, как следствие, без реальных полномочий и рычагов влияния. В условиях быстрых политических перемен и экономической турбулентности, странами «пятерки», очевидно, будет востребован иной, более результативный формат сотрудничества на Каспии, который позволит оперативно согласовывать позиции, расшить «узкие» места, объединить ресурсы для практического решения имеющихся проблем.

Каспийская организация сотрудничества

На наш взгляд, лидерам каспийской «пятерки» следует рассмотреть возможность создания Каспийской организации сотрудничества (КОС) как полноценной структуры для всеобъемлющей региональной интеграции. Главная цель такой организации – совместное решение общих стратегических задач в регионе Каспия и содействие экономическому развитию макрорегиона. Среди них – рациональное использование природных ресурсов Каспийского моря; решение общих проблем экологии; построение новой инфраструктуры транзита, как для энергоносителей, так и для грузоперевозок. Помимо чисто экономических задач, Каспийская организация сотрудничества могла бы решать своими силами основные проблемы безопасности Каспия: среди них – защита критической инфраструктуры с использованием совместной системы ПВО; создание основ коллективной безопасности; проведение совместных антитеррористических и спасательных учений; укрепление режима взаимного доверия и постоянный мониторинг обстановки на Каспии.

Успех новой организации будет определяться сложением существующих потенциалов стран-участников и нарастающей синергией совместных проектов, где каждый из участников будет достойно представлен и голос каждого будет учтен. Штаб-квартиру Каспийской организации сотрудничества целесообразно разместить в Баку – единственной столице стран «пятерки», расположенной непосредственно на побережье Каспийского моря, что имеет важное политическое и символическое значение. Следует также учесть, что Баку имеет опыт успешного проведения крупнейших международных саммитов и форумов высшего уровня. Архитектура города сочетает бережно сохраненные архитектурные памятники былых эпох с ультрасовременными зданиями и сооружениями, которые сделали бы честь любой мировой столице. Баку – это «визитная карточка» Каспийского региона, имеет всю необходимую деловую и финансовую инфраструктуру, а также международный аэропорт. Там же, в Баку, мог бы находиться центр системы экологического мониторинга Каспийского моря.

Отметим, что пятисторонний формат сотрудничества и правило консенсуса при принятии решений уже сложились естественным образом – в силу политико-географического фактора и потребностей в обеспечении совместного освоения ресурсов Каспия. По этой причине членами КОС станут, прежде всего, все страны прикаспийской «пятерки», а в дальнейшем круг участников может быть расширен за счет кооптации стран-наблюдателей. Среди них – крупные игроки в Евразии, имеющие прямой интерес в реализации новых проектов на Каспии – такие как Турция, Китай, Индия. Возможно также конструктивное участие тех стран Южной Европы, которые уже участвуют в каспийских энергетических проектах, например Италии. По мере роста транзитных проектов к КОС могут подключиться и другие региональные партнеры – Пакистан, Афганистан, а также соседние страны Центральной Азии – Узбекистан, Киргизия, Таджикистан и ряд заинтересованных членов ЕАЭС – например Белоруссия.

В самой ближайшей перспективе Каспийская организация сотрудничества может стать влиятельным международным актором. Примером тут служит судьба Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которая из скромной региональной площадки по делимитации границ и разделу спорных территорий превратилась в важнейшего мирового игрока. ШОС теперь гарантирует совместное обеспечение и поддержание мира в обширном регионе, обеспечивает реализацию целого ряда международных проектов в рамках инициативы «Один пояс – один путь». Отметим, что регион Каспия сегодня является важнейшим узлом геополитики и центром притяжения значительного числа транзитных и геоэкономических проектов, поэтому имеет мощный потенциал для быстрого роста своего международного влияния.

Транспортные коридоры

Транзитное значение самого Каспия и прикаспийского региона исключительно велико и в дальнейшем будет только возрастать. Это связано с целым рядом объективных факторов. Во-первых, экономический рост стран Азии, становление Китая и Индии как глобальных игроков уже привело многократному увеличению товарных потоков в Евразии и необходимости создания новых транспортных коридоров. Во-вторых, развитие контейнерных перевозок и современных портов на Каспии сделало мультимодальные перевозки конкурентоспособными по скорости и цене. В-третьих, после закрытия для российского грузового флота европейских портов и других санкционных ограничений, товарные потоки неуклонно разворачиваются на Восток. По мнению российского руководства, именно Каспий может стать «новыми воротами для российского экспорта и импорта», поэтому президент России придает особое значению развитию транзитной инфраструктуры в Прикаспии.

Каспийский регион сегодня становится точкой пересечения основных евразийских торговых путей: Восток – Запад и Север – Юг. В этом заключается современное геостратегическое значение сравнительно небольшого Каспия, не уступающее по важности его природным ресурсам. В новой политической реальности Россия намерена уделять внимание всем прикаспийским транзитным проектам. Это расширение морского транзита через Каспий с модернизацией портов, увеличение пропускной способности железнодорожных маршрутов по обеим берегам Каспия. А также Россия готова способствовать запуску новых маршрутов, которые способны сыграть значительную роль в развитии региональной инфраструктуры. Например, создание Зангезурского коридора, который должен  иметь прямой выход на Турцию и на транспортный коридор «Север – Юг».

Западные аналитики полагают, что вскоре между прикаспийскими странами развернется острая конкурентная борьба за грузовые потоки, особенно транзитные. В перспективе это приведет к столкновениям на Каспии и даже к дестабилизации всего региона. Создание  Каспийской организации сотрудничества полностью снимает эту угрозу, поскольку предполагает переход стран-участниц к политике взаимного сотрудничества вместо лобовой конкуренции. Дополнительную стабилизирующую роль сыграет участие наблюдателей в работе КОС, таких, как Турция, Индия и Китай. Эти страны – лидеры отправки и доставки грузов – кровно заинтересованы в безопасности каспийского транзита, следовательно, в стабильности и благополучии всей транзитной территории Прикаспия.

Каспийская организация сотрудничества способна в полной мере реализовать стратегический замысел о создании системы «транспортной олигополии» в Евразии. Российский геополитик Вадим Цымбурский в конце 90-х годов предлагал образовать подобную транспортно-коммуникационную систему, имеющую в основании не конкуренцию маршрутов, а взаимную зависимость. По его замыслу, Россия просто обязана идти на сближение с Турцией, Китаем и Ираном, закрепив этот тренд стратегическим соглашением о масштабных геоэкономических и транспортных проектах. [5]

Такая совокупность транзитных путей в конечном итоге даст взаимный выигрыш и приведет к позитивной взаимозависимости всех стран прикаспийского региона. Никто из участников Каспийской организации сотрудничества не захочет конкурировать или воевать, потому что другие партнеры могут перенаправить грузопотоки по альтернативному маршруту, быстро перекоммутировав логистику. В практическом плане «транспортная олигополия» имеет большую эффективность по переброске грузов и обладает дополнительной защитой от санкционного давления, что крайне важно в современной международной обстановке.

Геоэкономика вместо геополитики

Сегодня мы наблюдаем острый кризис существующего миропорядка, частным проявлением которого являются известные события на Украине. Происходит фактический развал самой идеи глобализма, на смену которому приходит регионализм. Отдельные макрорегионы планеты обособляются – экономически, технологически и оборонно; стараются выжить самостоятельно, как отсеки в тонущей подлодке. Геостратегия России в условиях длительного противостояния с Западом проявляется в ряде связанных элементов: в сохранении своего цивилизационного ядра; в укреплении связей с надежными союзниками, прежде всего, со своими соседями; в умении создавать новые стратегические союзы и реализовывать тактические альянсы. Создание Каспийской организации сотрудничества полностью отвечает такому подходу, поскольку КОС представляет собой новый стратегический союз на длительную перспективу.

В  изменившихся политических условиях Россия должна сменить свою текущую стратегию на Каспии – вместо геополитики сдерживания приходит время геоэкономики сотрудничества. В чем состоит коренное отличие геополитики от геоэкономики? Геополитика предполагает способы превращения географических структур в политические, в том числе – в государства. Её предметом является политическая расчистка пространств для новых построений, в частности – переработка слабых и несостоявшихся государств в открытые переделам населенные территории. Однако современные методы ведения войны и санкционные издержки могут сделать геополитическую и военную победу воистину пирровой. Расчищенная территория может превратиться в социальную и экономическую пустыню, восстановление которой потребует значительного времени и затрат.

Геоэкономика – иная отрасль политического проектирования, которая имеет дело не с территориями, а с разного рода ресурсными потоками. Её задача – регулировать транзитные и ресурсные потоки, как ненасильственными, так и, при необходимости, – насильственными способами. С той понятной целью, чтобы подорвать мощь враждебных государств и иных политических субъектов или, напротив, чтобы усилить собственные мировые позиции и позиции своих союзников. Создание Каспийской организации сотрудничества целиком находится в русле геоэкономической стратегии взаимного выигрыша – как по совместному освоению ресурсов Каспия, так и по формированию транспортных коридоров. Такой подход делает территорию Каспия не зоной потенциального конфликта и предметом дележа, но местом реализации взаимовыгодных проектов.

Стратегия взаимного выигрыша

Со своей стороны страны-участники Каспийской организации сотрудничества  в рамках стратегии «win-win» могут использовать все геостратегические преимущества России. О чем идет речь? Во-первых, это обеспечение комплексной безопасности и защитного «зонтика» в целом на Каспии. Во-вторых, гарантии стабилизации для конкретных политических режимов стран Прикаспия. В-третьих, значительные финансовые и практически неограниченные ресурсные возможности России. В-четвертых, сильную мотивацию в реализации новых проектов как средства выхода из-под режима эмбарго и транспортной блокады. В-пятых, транзитные возможности большой территории – от Севера и Юга и до Востока и Запада.

Важно, что Россия – это крупный мировой актор и постоянный член Совета Безопасности ООН с правом вето, в отличие от других сугубо региональных стран Прикаспия. Москва может говорить одинаково ровно с соперничающими странами – Турцией и Ираном, Индией и Китаем, которые не могут напрямую договориться между собой. Поэтому российская роль модератора прикаспийских проектов весьма ценна и значима. Еще один весомый фактор: помимо позитивных поощрений, Россия в своем арсенале имеет и негативные санкции – всегда может призвать к ответу за несоблюдение договоренностей или приструнить зарвавшегося игрока.

Необходимо, чтобы Россия рассматривала создание Каспийской организации сотрудничества не как сиюминутный пиар-ход или очередную политическую акцию, а как формирование эффективного инструмента на длительную стратегическую перспективу. Поэтому с самого начала следует заложить в устав КОС стратегические задачи разных уровней.

Первая или среднесрочная (3-5 лет) – «геоэкономический щит». Это выход из надвигающейся транспортной блокады, а также угрозы нефтяного и газового эмбарго – через реализацию совместной транспортной и энергетической политики, осуществление быстрых инфраструктурных проектов типа расшивки существующих узких мест, комплексный анализ потенциала Прикаспия. Долгосрочная (5-10 лет) – «геоэкономический меч». Это формирование новой политической и экономической реальности и нахождение достойного места в изменившемся мире – через реализацию стратегии «транспортной олигополии», формирование нового энергетического порядка, превращение Каспия в транзитное и энергетическое сердце Евразии.

Уверены, что создание Каспийской организации сотрудничества отвечает коренным интересам всех стран-участниц каспийской «пятерки», это даст новый импульс к всестороннему развитию макрорегиона и станет в итоге знаковым событием в новейшей истории Прикаспия.

1. Мишустин примет участие в работе Второго Каспийского экономического форума. Правительство России, 06.10.2022. http://government.ru/news/46720/

2. Прикаспийская «пятерка» примет дорожную карту развития транзитных маршрутов. КАЗИНФОРМ, 06.10.2022. https://www.inform.kz/ru/prikaspiyskaya-pyaterka-primet-dorozhnuyu-kartu-razvitiya-tranzitnyh-marshrutov_a3987585

3. Торговый оборот Азербайджана со странами Каспийского региона увеличился более чем на 45%. Salamnews, 06.10.2022. http://www.salamnews.org/ru/news/read/474851

4. Второй Каспийский экономический форум в Москве – Итоги. News Central Asia, 07.10.2022. http://www.newscentralasia.net/2022/10/07/vtoroy-kaspiyskiy-ekonomicheskiy-forum-v-moskve-itogi/

5. В.Л. Цымбурский. «Геополитика для евразийской Атлантиды»: «Транспортная олигополия способна стать основой для далеко идущего сближения позиций России, Китая и Ирана по вопросам безопасности в постсоветской Центральной Азии и во всем околокаспийском пространстве - вплоть до выработки общей стратегии в духе «сотрудничества цивилизаций», соприкасающихся с данными секторами Лимитрофа. Речь шла бы при этом не об «антиатлантистском» союзе с сомнительной идеальной целью восстановить мировой баланс, а о договоре с прочной геоэкономической подоплекой, которая подкрепила бы общий негативный интерес, - неприятие любой четвертой силы, стремящейся внедриться в Хартленд». https://archipelag.ru/geopolitics/osnovi/russia/geopolitics/